Читаем Антигона полностью

Креонт

Ты прав, мой милый. Пред отцовской волей640 Все остальное отступать должно.Затем и молим мы богов о детях,Чтоб супостатов наших отражалиИ другу честь умели воздавать.А кто и в сыне не нашел опоры —Что скажем мы о нем? Не ясно ль всем,Что для себя он лишь кручину создалИ смех злорадный для врагов своих?Нет, нет, дитя! Не допусти, чтоб негаТвой ясный разум обуяла; женскойНе покоряйся прелести, мой сын!Кто с лиходейкой делит ложе — верь мне,650 Морозом веет от таких объятий!Нет горше язвы, чем негодный друг.Отринь и ты ее, презренья полный:Она нам — враг. Пускай во тьме подземнойСебе другого ищет жениха!Я уличил ее уликой явнойВ том, что она, одна из сонма граждан,Ослушалась приказа моего;Лжецом не стану я пред сонмом граждан:[17]Пойми меня, мой долг — ее казнить.И пусть взывает к родственному Зевсу:[18]Когда в родстве я зародиться дамКрамоле тайной — вне родства бесспорно660 Еще пышнее расцветет она.Нет. Кто в кругу домашних безупречен,Тот и гражданский долг исполнит свято;Напротив, кто в безумном самомненьеЗаконы попирает, кто властямСвою навязывает волю — мноюТакой гордец отвержен навсегда.Кого народ начальником поставил,Того и волю исполняй — и в малом,И в справедливом деле, и в ином.[19]Кто так настроен,[20] тот — уверен я —Во власти так же тверд, как в подчиненье.670 Он в буре брани на посту пребудет,Соратник доблестный и справедливый.А безначалье — худшее из зол.Оно народы губит, им отраваВ глубь дома вносится, союзной ратиВ позорном бегстве узы рвет оно.Но где надежно воинство — его тамРяды блюдет готовность послушанья.Храни же свято стяг законной власти,Не подчиняя женщине ума.Уж если пасть нам суждено — от мужа680 Падем, не в женской прелести сетях!

Корифей

Нам мнится, если возраст нам не враг,Твоими разум говорит устами.
Перейти на страницу:

Все книги серии Трагедии

Похожие книги

Трагедии
Трагедии

Эсхила недаром называют «отцом трагедии». Именно в его творчестве этот рожденный в Древней Греции литературный жанр обрел те свойства, которые обеспечили ему долгую жизнь в веках. Монументальность характеров, становящихся от трагедии к трагедии все более индивидуальными, грандиозный масштаб, который приобретают мифические и исторические события в каждом произведении Эсхила, высокий нравственный и гражданский пафос — все эти черты драматургии великого афинского поэта способствовали окончательному утверждению драмы как ведущего жанра греческой литературы в пору ее наивысшего расцвета. И они же обеспечили самому Эсхилу место в числе величайших драматических поэтов мира.Эта книга включает все дошедшие до нас в целом виде трагедии Эсхила. Часть из них печатается в новом переводе.

Эсхил

Античная драма / Античная литература / Древние книги