Читаем Антигипертония полностью

В этой книге я попыталась рассказать о повышенном давлении с разных сторон – с позиций генетики, биохимии, постаралась обобщить самые современные и эффективные варианты лечения этой проблемы, используя строго индивидуальный подход. Эта книга ни в коем случае не заменяет рекомендации врача, но расширяет кругозор и позволяет отнестись к проблеме повышенного давления творчески и даже с некоторым юмором. Слишком серьезное отношение к жизни и неумение правильно расслабляться – основная проблема людей, страдающих гипертонией. Я очень благодарна всем своим пациентам, коллегам и моим прекраснейшим учителям, с которыми я встретилась в течение жизни. Особую благодарность выражаю А. Сыркину, В. Г. Кукесу, В. Прозоровой, Т. Д. Поповой, А. В. Самохину, Ю. В. Готовскому, С. В. Алешину, А. А. Филиппову, И. С. Ролику, О. Громовой, фирме «Арнебия», Клаусу Кюстерману, А. Мориц, Ж. Медведеву. Именно эти люди направляли ход моих мыслей и подтверждали правильность предположений.

… Передо мной сидит мужчина шестидесяти пяти лет – Иван Петрович. Это красивый седовласый мужчина с невероятно печальными глазами и глубокими, скорбными морщинами на лице, которые делают его значительно старше. Два года назад он ушел на пенсию. Жена привела его буквально «на канате» ко мне на прием. Я попросила ее немножко подождать в коридоре и оставить нас с мужем один на один. У мужчины – гипертония, он принимает атенолол в течение нескольких лет, но последнее время давление повышается, и эффекта от лекарства он не чувствует. В последние полгода гипертонические кризы наступают все чаще, явно есть депрессия и отвращение к жизни, слабость, но к врачам Иван Петрович обращаться не хочет категорически. Со слов жены, его чем-то сильно обидел районный кардиолог.

Иван Петрович сидит передо мной с явной миной недовольства, сложив руки на груди, как будто экзаменатор на переэкзаменовке нерадивой студентки.

Однако отчетливо видно, как он сильно волнуется – сидит на самом краешке стула, готовый сбежать при первых признаках опасности.

Я заполняю файл – имя-отчество, возраст, рост и вес (он их не знает, указываю на глазок), место жительства.

– На что жалуетесь, Иван Петрович? – задаю я банальный вопрос.

Иван Петрович криво ухмыляется и пытается неуклюже пошутить:

– На правительство!

– А может быть, что-то более конкретное вас беспокоит?

В кабинете воцаряется гнетущая тишина. Мы дружно молчим минуту, две, три…

– Я пришел сюда только ради жены… Измучила меня, три дня не разговаривала, игнорировала… пришел только ради жены, – наконец нарушает тишину Иван Петрович и тяжело вздыхает.

– А ради себя вы ничего не хотите сделать? – интересуюсь я. – Вы – молодой, красивый мужчина, вы просто обязаны за собой следить.

– Я?! Молодой красивый мужчина?! – ошарашенно переспрашивает он. – Да я – лишний человек! Я – на свалке! Меня вышвырнули эти молодые красивые, как вы изволили выражаться! – Иван Петрович покраснел, глаза его вращались, преисполненные праведным гневом, даже волосы, казалось, встали дыбом.

– Иван Петрович, сейчас попытайтесь успокоиться. Сейчас у вас есть шанс разобраться по-настоящему с вашей болезнью и «выдернуть» ее корни. Попробуйте рассказать все – с чего началась ваша гипертония, какие события вы пережили и что вы чувствовали, – постаралась я притормозить гневную тираду моего собеседника.

Он внимательно смотрит на меня, изучает, тщательно проэкзаменовав. Наверное, все-таки я – не двоечница. Возможно, у меня все-таки есть малюсенький шанс завоевать доверие Ивана Петровича. Неожиданно он смягчается.

– Вы чем-то понравились моей жене, она вам доверяет. Ладно, чего уж там, раз пришел, расскажу…

Он медленно начинает свой долгий рассказ.

Постепенно Иван Петрович, захлебываясь и периодически закипая, рассказывает о своей обиде. Он был заместителем директора небольшого завода, на котором он работал, начиная с практики на третьем курсе технического вуза, был невероятно «патриотичным» по отношению к заводу, много сделал нужных и полезных вещей, заботился о людях. Но пришли новые времена, и на смену пожилому директору, ушедшему на пенсию, назначили молодого, «нахального», который, по мнению Ивана Петровича, нахапает горстями, развалит завод и слиняет куда-нибудь в Швейцарию. Иван Петрович пытался приспособиться к новому начальству в течение трех лет, но постоянно конфликтовал. Молодой директор обижал его, несколько раз публично унижал, но Иван Петрович не мог уйти с работы – они с женой несколько лет строили небольшой домик в Подмосковье, надо было хотя бы дотянуть до чистовой отделки. Взрослые дети помочь финансово родителям не могли, скорее наоборот, сами очень рассчитывали на помощь отца.

Именно после этих конфликтов, которых Иван Петрович не мог избежать или как-то адекватно на них отреагировать, давление стало прыгать, начались гипертонические кризы, и однажды даже случился эпизод амнезии.