Как мне кажется, главная задача каждого человека, как можно дольше сохранять внутри себя намек на детство, и тогдав жизни останется место для радости и открытий. Чем умнее и важнее человек, тем меньше мне хочется отдать ему свой полдник. А дети, мои дети, они ведь как будто нарисованы, придуманы. Какой настоящий человек может принести тебе конфету, последнюю, «замызганную»? Но он специально пришел, оторвавшись от своих важных дел типа ковыряния в носу или создания кризиса на своей кровати, и принес тебе эту долбаную конфету. Я не люблю тискать детей. Меня раздражает, когда взрослые тем самым демонстрируют свое превосходство над малышами, так как тискать можно только тех, кому нечего сказать. Я уважаю детей гораздо больше, чем многих политиков, и разговариваю с ними на равных. А некоторых политиков «затискал» бы до коликов в животике.

Так вот в этом лагере я впервые ощутил себя ребенком, без страха, что придется худеть и бегать. Без страха, что я не сын маминой подруги. Без страха, что скоро кончится лето, и придется идти выбирать тетрадки. Без страха, что я в середине списка, и как провалиться сквозь парту. Без страха, что отец найдет класс, в котором проходит родительское собрание, а я в середине списка. Без страха, что кто-то что-то узнает, и каким-то образом я получу за это «по самое не хочу», или кто-то что-то преувеличит, и я отхвачу за это «по самое что ни на есть». Да я бы выстроил всех этих праведных умников и задал им всего один вопрос: «Кто падла украл мою сумку LV (LouisVuitton)? И мое детство?».

Сейчас мне далеко за 20, я уже взрослый, я сам могу с серьезным видом вызвать родителей и с таким раздосадовано-растерянным видом, с излишней вежливостью сказать в толпу: «Уважаемые родители Маркуса Джереми, останьтесь пожалуйста, у меня к вам разговор» – так, чтобы другие родители про себя подумали: «Ууу, п**». Слава Богу, что мой-то порядочный джентльмен, не то, что этот.

В общем я ждал возвращения своих родителей с этих собраний, как ждут известия о начале мировой войны: будет ли она мировая или война. Как правило, почеркушка в виде «поведение неудовл.» в моем дневнике означало, что грядет легкий бунт. А вот собрание – это уже потопленный месяц жизни. А все почему? «Потому что» пишется без запятой. И в силу того, что, если взрослые говорят, что результаты теста будут известны только вам, но это не точно, и в некоторых ситуациях прагматичный видеорегистратор может спасти вашу репутацию. Когда ты ребенок, взрослые всегда кажутся такими высокими и умными, а еще они столько знают и все понимают, они даже знают, что для тебя лучше, и как тебе надо поступать и куда. Они лучше тебя знают правду, которую видел и слышал только ты. И их так опечаливает, когда ты послал на** кого-то из них, что они непременно сулят тебе жизнь полную отчаяния и пророчат тебе должность бомжа.

В общем сейчас мне уже 26. Я отбыл срок в садике, школе, универе, армии, отодрался со всеми 72650 соперниками, отработал 5 лет на злого дядю, открыл свое дело и стал важным «Besame mucho», и теперь, смотря на всех взрослых, стоя на их уровне, я с полной уверенностью, со всем уважением и расположением духа, могу сказать: «Пошли вы на***,ребятки! Погнали наполнять презервативы водой и кидать вниз, а если что, я вас прикрою своим дипломом о высшем образовании. Hasta la vista, детка!

Пустота

6

Как старался, так и получилось.

Я сидел в темной комнате, и лишь едва уловимый огонек сигареты освещал мой наполненный стакан. «Еще один», – сказал я бармену. Голос эхом отзывался в собственных ушах. Моя кожаная куртка стягивала объемные мышцы, я чувствовал как кровь пульсирует в жилах, а пистолет слегка торчал из-под темно-серых джинс. Одиноким холодом, отдавая в поясницу. Я опрокинул стакан одним глотком, настолько было паршиво. «Джесси, как ты могла? Ты была той, кто еще горел трещащим угольком в моей странной жизни! Как я любил тебя, Джесси, но ты забыла кто я, а может так и не узнала…Джессика!». Хорош выдумывать Маркус, доедай свою булку с корицей, допивай молоко и займись делом. Я сидел за столом, слегка сгорбившись, подложив полотенце под ноутбук (так казалось уютнее), и надев носки, потому что морозит. Когда мне нечего делать, я начинаю нервничать.