Блондинка поднимает на нее глаза и смотрит растерянно.

– Я не хочу так, – качает головой брюнетка. – Но ты дура! И ты мне не нужна!

Хлопает выстрел. Пуля попадает прямо в лоб Нине. Ее подруга отбрасывает пистолет и поворачивается к объективу видеокамеры.

Видеооператор дает увеличение, и лицо женщины расползается на весь экран. Чумазое, изнуренное. Но в глубине глаз мечется какая-то бесовская, темная радость.

– Назови себя, – требует голос за кадром.

– Коваль. Серафима Коваль.

– Ты знаешь, что теперь с нами, Серафима?

– Я с вами.

– Повтори!

– Я теперь ваша!

В голосе звучит неестественное в такой ситуации ликование. Ей нравится то, что с ней только что произошло. Страх и ужас перегорели в какую-то дикую ненависть к миру и любовь к мучителям…

– Охренеть, – протянул Робин. – Эка у нее кукушку сбило.

– И она стала верной рабыней, – кивнул я. – Вот так идут на службу к дьяволу…

Следующие видеофайлы дали не меньше повода для размышлений.

Еще один аналогичный расстрел. Только полутора годами позже, в разгар Второй Ичкерской войны. Один солдатик с некоторыми душевными терзаниями, но все-таки застрелил из «ТТ» своего сослуживца. Он был на грани безумия, но очень хотел жить. И готов был ползать на брюхе, жрать землю. И он отнял чужую жизнь, чтобы продлить свою, вмиг ставшую совершенно никчемной и позорной.

– Все интереснее и интереснее, – покачал головой Робин.

Следующая запись с меткой «Марид».

Вот сейчас я и увижу неуловимого террориста.

Снимали сюжет в пещерах. Скорее всего, в тех же самых, которые были потом завалены. Большой каменный зал. Костер. Полутьма. Видеокамера едва справлялась, но можно было различить фигуры и даже лица моджахедов. Одеты они были по большей части в камуфляж, в том числе в натовский, все как на подбор бородатые, говорили по большей части на русском языке, изредка разбавляя его ичкерскими словечками. Они что-то рассказывали, шутили и внешне походили на обычных людей.

Вот к костру подошел человек в бушлате с меховым воротником.

– Э, командир, – послышался чей-то голос. – Разреши спросить?

– Что тебе, Ахмед? Ты опять будешь спрашивать про деньги? – Человек в бушлате повернулся, и его лицо попало в объектив.

Робин хлопнул ладонью по столу и воскликнул:

– Марид!

– Он самый, – кивнул я. – Но ведь ни хрена не видно!

Действительно, рассмотреть его не получалось. Телосложение среднее. Рост средний. Но лица практически не видать.

Дальше шли файлы – наши эксперты пробовали вытянуть внятное изображение из этой записи. Не скажу, что они достигли больших успехов.

– Не идентифицируешь его по записи, – покачал головой Робин.

– Не будь пессимистом. – С этими словами я углубился в справку, прилагаемую к записям.

Там были результаты фоноскопической экспертизы. Эксперты идентифицировали объект по голосу.

– Ты хочешь сказать, он в наших руках? – спросил Робин, тоже ознакомившись с результатом.

– Будет в наших руках, – кивнул я.

У меня было какое-то радостное чувство. Картина сложилась, и на большинство вопросов теперь были ответы. Все стало как-то ясно, четко и надежно. Мы выходили на окончательный удар.

Теперь все зависело от Теслы и его технарей…

Глава 36

Мамонт и Шатун прилетели поздним вечером специальным рейсом. На военном аэродроме прямо около полосы их ждала вишневая тяжеловесная «Субару Трибека». В замке зажигания были ключи.

– Нормальная тачка, – заценил Мамонт. – Тяжелая и надежная.

Они закинули в багажник пару чемоданов, в которых в числе прочих необходимых вещей были разные стреляющие и специальные штучки. Бойцы готовились к войне.

Я встретился с ними в центре города, и мы отправились на конспиративную квартиру. И вот боевое ядро группы «перевертышей» в сборе. Теперь нет такой силы, которая способна нас остановить.

– Вы отлично сработали по Лекарю и прапорщику, – похвалил я соратников, усаживаясь в кресло.

– Отлично будет, когда все закончится и мы будем уверены, что бомба не взорвется, – возразил Шатун, разливая по чашкам с любовью приготовленный им чай, таежные добавки к которому он извлек из своего чемодана. – А пока все это тараканьи бега.

– Все решится в считаные часы, – заверил я.

– Хорошо еще бы, чтобы в нашу пользу, – вздохнул Мамонт. – Знаете, чего я хочу?

– Чего?

– Напиться как свинья под тосты «За нашу очередную победу», при этом пьяно всхлипывая «здорово мы им вломили». И петь «Из-за острова на стрежень».

– Завидная мечта, – хмыкнул Робин.

– А потом на развалинах часовни… – поддакнул я…

В общем, как в былые времена, у нас установилась привычная бесшабашная атмосфера – шуточки, подколки, подначки. Это значило, что русская боевая группа готова к удару, к смерти и самопожертвованию, к уничтожению противника…

Ночью отзвонился Тесла и сообщил новость:

– У них был контакт. Мы примерно локализовали квадрат на севере города, рядом с портовым комплексом, откуда выходят на связь «фукусимцы». Сейчас разведчики определяются на месте.

– Жди, – сказал я. – Подъедут мои люди…