Читаем Анти-Зюгинг полностью

Такую цель ЦК Компартии РСФСР не ставил. Не обвиняйте в этом коммунистов. Они ведут конструктивную работу на съезде, в парламенте России. И если кому-то не нравится их принципиальная точка зрения, их альтернативные предложения в законы, ну что ж, это другой вопрос. Принимайте как должное. Существуют фракции. Значит, будут споры, противоборства и политическая борьба. Давайте будем вести эту борьбу достойно, уважительно, как положено в цивилизованных парламентах». («Советская Россия», № 67, 4 апреля 1991 г.)

В зале поднялась буря, депутаты из бабуринской фракции «Россия» негодовали: Полозков подставил подножку оппозиции, сыграл на руку Ельцину! И это было абсолютно верно. Операция по легитимному отстранению Ельцина от руководства Россией была благодаря руководителю ЦК КП РСФСР сорвана. Возмущение поступком Полозкова было таким сильным, что пришлось дать специальное «разъяснение» в виде интервью корреспонденту ТАСС. Оно было опубликовано в «Советской России» под заголовком «Остановить распад». Внушалась мысль, будто Полозков спас Ельцина, чтобы остановить распад. Такое вот фарисейство. Интервью, а скорее, жалкий лепет, продемонстрировало политическую беспомощность руководителя российской компартии.

Отвечая на вопрос корреспондента ТАСС — «Иван Кузьмич, что заставило Вас выступить на Съезде 2 апреля?» — Полозков сказал:

«— Как вы слышали, перед началом работы съезда Борис Николаевич Ельцин поставил вопрос о том, чтобы Съезд закончить сегодня. Но я сомневался в этом, поскольку предстояло не только принимать постановление по докладу Председателя Верховного Совета РСФСР и давать оценку правительству, но еще и обсуждать Договор о федеративном устройстве России. То есть впереди два больших вопроса еще не были пройдены да еще ожидались прения.

Вы видели, какой накал борьбы был 1 апреля на Съезде. Дошло до словесных выпадов, блокирования президиума со стороны некоторых демократов. И все это пытались объяснить тем, что коммунисты-де ведут деконструктивную работу, затевают какие-то заговоры, пытаются свергнуть правительство, пытаются высказать им недоверие, пытаются блокировать принятие решений. А ведь проект постановления, который нам раздали в понедельник и который утром 2 апреля многие депутаты получили, мягко сказать, не дает принципиальной оценки той ситуации, в которой республика сегодня находится.

С каждым днем жизнь становится все хуже. Экономика продолжает распадаться. И мер никаких не принимается. В то же время любое предложение коммунистов в этом деле, конкретное предложение встречается в штыки. Причем все сваливается на то, что вот вы, мол, не даете работать.

Съезд ведь затевался для того, чтобы заставить наши властные законодательные, исполнительные органы тщательно рассмотреть ту ситуацию, в которой мы оказались, и принять конкретные меры, чтобы вывести из этого прорыва Россию... Но ушли опять к политическим баталиям, спорам, взаимным обвинениям. Это ничего не даст.

Поэтому я ставил своей целью снять эти политические страсти, а повернуть внимание Съезда к принятию конструктивных предложений по выводу экономики России из кризисного состояния. В предложенном проекте постановления содержится очень много пунктов сугубо политического характера. В нем есть вопросы, которые можно решать и через год, и через два. А нам надо сегодня, в течение месяца-полутора, двух приостановить разруху.

Снять накал страстей, вывести в конструктивное русло Съезд и в то же время обнажить те проблемы, которые сейчас имеются в России, и указать конкретно, кто ответственен за это, — вот в чем я вижу самое главное в работе нашего Съезда». (Там же.)

После такого заявления и интервью, право же, хочется сказать: «Хороший ты мужик, Иван Кузьмич, но не орел!» И не борец.

Позднее И.К.Полозков объяснит свой поступок автору этих строк тем, что будто бы на столе у Ельцина уже лежал заготовленный указ о запрете партии, и если бы Съезд выразил ему недоверие, этот указ был бы немедленно подписан. Как видим, достаточно было пустить слух о запрете — и от оппозиционности лидера не осталось и воспоминаний.

Забегая вперед, могу сказать, что и в последующие годы вожди КПРФ были на удивление пугливы. Все мы многократно наблюдали, как в момент прохождения через Госдуму законов, нужных режиму, в думские коридоры запускался слух: не проголосуют депутаты, не примут бюджет, не утвердят очередного главу правительства — и Дума будет распущена. В результате срабатывал инстинкт самосохранения, и депутаты фракции КПРФ нажимали на те самые, нужные режиму кнопки. И Ельцин был сыт, то бишь, доволен, и овцы, то бишь, Дума, были целы.