Читаем Анти-Зюгинг полностью

И опять — референдум, и опять решение важнейшего вопроса и ответственность президент Воронин перенес с себя на народ и отложил неизвестно до каких времен. Разумеется, прежде чем решать судьбу русского языка, следовало провести в обществе огромную разъяснительную работу, снять то напряжение и трения в межнациональных отношениях, что сотрясали Молдову в конце 80-х — начале 90-х годов прошлого века и, к сожалению, существуют поныне. Ничего этого сделано не было. А поскольку отвечать за исполнение предвыборных обещаний все же надо, предпринимается нечто совершенно беспрецедентное. Министр образования Ванче своим приказом вводит обязательное изучение русского языка в молдавских школах со второго класса. Лучшего «подарка» националистам трудно придумать. Бывший Народный фронт, преобразованный в Христианско-демократическую народную партию, тут же организовал на центральной площади Кишинева многомесячный антирусский, антироссийский щедро проплаченный, в том числе и из-за кордона, митинг. Ежедневно на улицы столицы выходило до 20 тысяч школьников и студентов, которых специально освобождали от занятий. Кончилось тем, что министр образования лишился своего поста за свое якобы «самовольство».

«Разве президент хотел, чтобы люди вышли на площадь? Или президенту было нужно, чтобы именно с Нового года русский язык ввели в обязательном порядке в учебный процесс? — вопрошал начальник управления политического планирования при президенте Молдовы Виктор Дораш в интервью газете «Время новостей». — Решение, обнародованное министром Ванчей, скороспелое и грубо сработанное. Такие деликатные вопросы, как языковые, в спешке не решаются».

Но кто поверит, что Ванче отважился издать столь непродуманный, а потому одиозный приказ сам, по собственной инициативе, без согласования с главой государства? Фактически вся эта акция если не была инспирирована самим Ворониным, то, во всяком случае, оказалась ему на руку, так как на время отвлекла внимание общества от острейших экономических и социальных проблем. А главное — теперь Воронин мог всем говорить, что он и хотел бы выполнить свое обещание насчет русского языка, да общественность, видите ли, против. Бедный же, несчастный министр образования элементарно сыграл роль козла отпущения и был принесен в жертву ультранационалистической толпе.

Вот так новоиспеченный президент, не моргнув глазом, небрежно отбросил два своих предвыборных обязательства. Люди ждали, что он развернет борьбу с коррупцией, привлечет к ответственности тех, кто разграбил общенародную собственность. Как лихо он обличал их в ходе избирательной кампании! Каким праведным гневом пылал, когда говорил: «В Молдове была выбрана одна бандитская форма приватизации по простой схеме: предприятие доведем до ручки, обанкротим, разрушим, всех поувольняем, далее — аукцион и продажа по бросовой цене».

Но хотя приватизация была «бандитской», в своей предвыборной программе Партия коммунистов Молдовы записала: «Обеспечить равенство всех форм собственности. Защитить законно приобретенную собственность и законные доходы». А Воронин-коммунист, став президентом, категорично заявил подобно Путину-некоммунисту: «О приватизации можно не беспокоиться. Пересмотра итогов приватизации не будет».

«Три сапога пара»

Идет третий год президентства Воронина, пора подводить первые итоги «славных дел». Молдавская газета «Коммерсант plus» в номере за 25 января 2002 года констатировала: «Владимир Николаевич, идя к власти, грозился, а придя, уверял, что объявит войну преступности и коррупции. Еще он обещал повысить благосостояние народа (и до, и после инаугурации, помнится). Но пока мы не видим ни того, ни другого: ни преступников не ловят, ни людям легче не становится. Всякому понятно, что эти два дела тесно взаимосвязаны, ведь потому Молдова и бедна, что ее богатства разворованы».

Все это — чистая правда. Хотя одна из российских патриотических газет с восторгом сообщила, что де в Молдове при президенте-коммунисте уже дважды снижались цены на хлеб, а минимальные пенсии, наоборот, повышены вдвое. Обещано существенное — на 40-50 процентов — повышение и остальных пенсий. Увы, как явствует из прессы Молдовы, это был чисто популистский шаг: и снижение цен, и повышение пенсий столь мизерны, что на уровень жизни никак не повлияли. К сожалению, сколько-нибудь заметных сдвигов ни в экономике, ни в социальной сфере не произошло.

Буквально вся молдавская пресса пишет о продолжающемся обнищании населения, по разным источникам за чертой бедности от 80 до 90 процентов населения. И в этих условиях президент В.Воронин выделяет два миллиона леев на покупку музыкальных инструментов и формы для музыкантов президентского оркестра! Притом что на развитие и поддержание культуры средств в бюджете не находится. Но президент в данном случае озабочен атрибутами личной власти. Чем он хуже Буша или Путина, которые имеют свои оркестры?! Увы, чем меньше страна, тем больше амбиции ее предводителей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Хлыст
Хлыст

Книга известного историка культуры посвящена дискурсу о русских сектах в России рубежа веков. Сектантские увлечения культурной элиты были важным направлением радикализации русской мысли на пути к революции. Прослеживая судьбы и обычаи мистических сект (хлыстов, скопцов и др.), автор детально исследует их образы в литературе, функции в утопическом сознании, место в политической жизни эпохи. Свежие интерпретации классических текстов перемежаются с новыми архивными документами. Метод автора — археология текста: сочетание нового историзма, постструктуралистской филологии, исторической социологии, психоанализа. В этом резком свете иначе выглядят ключевые фигуры от Соловьева и Блока до Распутина и Бонч-Бруевича.

Александр Маркович Эткинд

История / Литературоведение / Политика / Религиоведение / Образование и наука
Советский век
Советский век

О чем книга «Советский век»? (Вызывающее название, на Западе Левину за него досталось.) Это книга о советской школе политики. О советском типе властвования, возникшем спонтанно (взятием лидерской ответственности за гибнущую страну) - и сумевшем закрепиться в истории, но дорогой ценой.Это практикум советской политики в ее реальном - историческом - контексте. Ленин, Косыгин или Андропов актуальны для историка как действующие политики - то удачливые, то нет, - что делает разбор их композиций актуальной для современника политучебой.Моше Левин начинает процесс реабилитации советского феномена - не в качестве цели, а в роли культурного навыка. Помимо прочего - политической библиотеки великих решений и прецедентов на будущее.Научный редактор доктор исторических наук, профессор А. П. Ненароков, Перевод с английского Владимира Новикова и Натальи КопелянскойВ работе над обложкой использован материал третьей книги Владимира Кричевского «БОРР: книга о забытом дизайнере дцатых и многом другом» в издании дизайн-студии «Самолет» и фрагмент статуи Свободы обелиска «Советская Конституция» Николая Андреева (1919 год)

Моше Левин

Политика