И как по заказу мы услышали стон. Я, Ишхан и Гарик пусть и привыкли к громким наигранным стонам за стенкой, но каждый раз чувствовали себя в значительной степени смущенными и убогими. Позавтракать было решено в «Бургер Кинге». Не из-за Артура, конечно, а из-за сырных наггетсов.

Интересный факт, сыр – это прямое доказательство того, что Господь любит нас.

Я не знаю ничего лучше сыра. В любой ипостаси: твердый, мягкий, творожный, сливочный, жидкий, сладкий и горький. Я люблю его в любой форме, люблю его запах, структуру и вкус. Это мой личный сорт героина. Я и дня не могу прожить, не употребив его хотя бы трижды.

– Они называются медальоны, – сказал Борис по дороге, – а не наггетсы.

– Ну если они – медальоны, то я не откажусь носить один на цепочке вместо крестика.

– Подарю тебе на день рождения, – хохотнул Ишхан.

– О боже, может, в этот раз у меня будет нормальный день рождения.

– Если ты так любишь этот сыр, то, может, потрахаешься с ним! – якобы грозно возмутился Гарик, это была его личная фирменная шутка. Он предлагал потрахаться и с новым свитером из овечьей шерсти, и с промокодом для «убера», и даже с Уголовным кодексом РФ.

Я сразу подлетела к кассе, пока Ишхан и Гарик искали свободный столик.

– Здрасте, можно сырные медальоны? – я произнесла это настолько мило, насколько было возможно. Какой-то нерусский за кассой вопросительно посмотрел на меня.

– Простите?

– Сырные наггетсы. Сыр во фритюре. Сыр, – я начинала выходить из себя. У меня чертово похмелье, в таком состоянии вообще очень сложно быть милой.

Нет, я не агрессивная сука, напротив, я пытаюсь быть флегматичной, но у меня есть медицинское разрешение на редкие вспышки агрессии. Увы, сейчас так и произошло. Тем более что вчера и позавчера я пропустила седативы, чтобы не валиться с ног на выступлении.

– Сырные медальоны, – повторила я. Выражение лица сотрудника «Бургер Кинга» всегда вызывает либо отвращение, либо жалость, но сейчас эта жалость была обращена ко мне.

А затем он произнес фразу, с которой и началась моя личная катастрофа. Катастрофа, благодаря которой я потеряла работу, друзей, Москву, уехала в крошечный датский городок следить за депрессивным парнем, которого ненавидела с девятого класса. Фраза, которая уничтожила все.

Он сказал:

– Мы больше не продаем сырные наггетсы.

Глава 3. Мыш (кродеться)

Моя жизнь – это 1xbet.

Моя жизнь – это 15 секунд.

Моя жизнь – я не могу нажать «пропустить».

Эта реклама закончится, но после нее ничего не начнется.

Когда-нибудь я заживу по-настоящему.