Читаем Анти-Быков (СИ) полностью

Д. Быков характеризует произведение как "вреднейшую книгу". Это удивляет, если не принимать во внимание его идеологическую миссию. В романе речь идет о темных силах, то есть о том, с чем Быков накрепко связался и теперь уже не выпутается. И в своем иудстве ему придется идти до конца. Он стал тем мастером, который думал, что напишет текст, получит гонорар и тем все обойдется. Как вдруг заказчики явились по его душу... Мастер в романе вызов не принял, а попытался спрятаться в сумасшедший дом. Быков же вызов принимает, только вызов бросает... роману М. Булгакова. Точнее - самому писателю, так нерасчетливо написавшему о сделке с дьяволом, да еще под таким углом... (Нет, чтобы живописать в духе вегетарианского "Фауста").

В основе "концепции" Быкова лежит ложь (а что делать, раз идеология того требует). Лектор объявил, что Булгаков писал свой "закатный" роман для Сталина и, в общем-то, больше ни для кого, не считая узкого круга друзей.

Вторая ложная посылка: будто книга "Мастер и Маргарита" схожа с эпосом об Остапе Бендере. Мол, Воланд - это сам Бендер, Азазелло - Шура Балаганов, Коровьев - Паниковский. Аргументы "убийственные". Азазелло и Балаганов - рыжие, Коровьев носит канотье, как и Паниковский (на самом деле Коровьев носит жокейскую кепочку, но не будем придираться). И не важно для лектора, что характеры данных персонажей диаметрально разные. "Дух пустыни" и профессиональный убийца Азазело никак не схож с добрейшим Балагановым, клоун Коровьев - с преисполненным самомнения Паниковским.

"А Козлевич?!" - воскликнул бы Балаганов, пораженный, что его приписали к дьявольскому племени. Оказывается, по версии Быкова, раз спутником Сатаны является черный кот и, вроде бы, еще Сатану иногда сопровождает черный козел, то можно указать на шофера Козлевича в свите Бендера в качестве аналога кота Бегемота. Притянуто за уши, но зато концы связаны. Спасибо еще, что Быков не приписал Зосю Синицкую в двойники Геллы. Можно представить в какой ужас пришла бы милая Зося, узнав, что ее подозревают в возможности ходить развязно-голой перед мужчинами.

Все эти литературоведческие изыски можно было бы приписать легкому характеру Быкова, если б лектор не был настроен очень серьезно. А вещает он следующее: будто Булгаков своим романом говорит Сталину (цитирую): "Мы понимаем, что Ты зло. Мы даем тебе на это моральную санкцию потому, что с этими людишками иначе нельзя, но не трогай художника. Потому что художник это то, что останется от Твоей эпохи".

То есть, Булгаков предстает у Быкова подлецом. Мол, ты истребляй сколь хочешь людишек, но корми и оберегай нас, художников, которые собственно и ваяют славу твоему правлению. И ради этого посыла (извиняюсь: мессиджа), Булгаков корпел над своим романом десять лет! Ну прямо-таки раб на галерах. Но раб не простой, а идейный. Причем раб, относящийся к России, как нынешние российские либералы, для которых народ здесь - "людишки", ибо не хотят голосовать за "общечеловеческие ценности" в лице представителей либерального лагеря, чтобы те заняли подобающее им место во власти (у корыта, если быть точным) и распорядились бы страной так, как они сделали с вековым наследством в 1917 году, при Горбачеве и Ельцине.

Быков на этом не останавливается и, напомнив о сценах изъятия валюты и прочих административно-уголовных мерах, описанных в романе, заявляет: "Это сатира или лесть? Думаю, лесть. Это описание тайной полиции, как чего-то прекрасного". И далее (лгать так лгать под видом новаторского прочтения): "В романе самый обаятельный герой, помимо Пилата - это Афраний, начальник тайной полиции".

За что же так Быков отхлестал по щекам уважаемого Михаила Афанасьевича, который, разумеется, ничего общего с нарисованной карикатурой, не имел, для чего достаточно ознакомиться с биографией писателя? Тут можно строить предположения в духе самого Быкова. Например, что лектор был уязвлен описанием писательской братии и, соответственно, его самого, начиная от способа продажи своего пера сильным мира сего до чревоугодия в ресторане дома писателей. Но согласимся, что для идеологического работника высшей категории - это мелко. Его задача "форматировать сознание" молодежных масс, потому надо понять, чем не угодил либералам (а точнее деградантам - активным и талантливым носителям энтропии) Михаил Булгаков, несмотря на свой антибольшевизм, пример чему "Собачье сердце", а также "Мастер и Маргарита"? Когда Быков или Чубайс говорят, что не любят Достоевского - это понятно: уж больно тот плохо отзывался о либералах, причисляя их наряду с ультра-революционерами к бесам. Но Булгаков-то в чем провинился?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное