Читаем Anthropos phago полностью

- Только звать его будут теперь по-другому.

- Почему? – сейчас она была по-настоящему удивлена.

- Я же сказал, что начнем все с самого начала. Значит и имя у него теперь будет совсем другим.

- Но, почему?

- Это мой маленький секрет. Ты меня любишь?

- Да!

- Значит, полюбишь и его.

Через месяц книга была написана. Он трудился и день, и ночь, лишь иногда отрывался от письменного стола и подходил к малышке, которая всегда была ему рада, и Дороти тоже была рада. Она старалась сделать все так, чтобы ему было удобно, чтобы ничто не мешало. А когда он отрывался от работы и возвращался к ней, принимала его со всеми недописанными историями и сюжетами. И снова эти глаза, которые он так любил, снова эти черные волосы, ее руки. А завтра все с начала… Это был незабываемый месяц в его жизни. Наверно, именно такой должна быть женщина, любящая человека, который пишет. А делал он это теперь только для нее. И еще для маленькой девочки – их дочери.

 Итак, книга была закончена. За это время, чтобы его на улицах не узнавали, он отрастил бороду и усы, и готов был снова выбраться из норы, чтобы громко о себе заявить. Несколько дней назад он отвез рукопись в одно издательство и теперь ехал туда за ответом. В прошлый раз редактор изумленно на него посмотрел, потом воскликнул:

- Если бы не ваша борода, вы были бы похожи на писателя Рональда Дойла! Вы не он?

- Нет. Он не я! – засмеялся Рональд.

- Вы не его родственник?

- Никакого отношения я к нему не имею. Да и не хочу.

- Почему? – изумился редактор.

- Рональд Дойл - посредственный писатель. Дилетант! Его слава меня не прельщает. Так, когда можно будет получить ответ?

- Вы очень самоуверенны, молодой человек, - засмеялся тот. - Что же, скажем, через четыре дня. К тому времени я прочитаю ваш шедевр.

- Очень хорошо!

- И все-таки вы очень похожи на Рональда Дойла! – на прощанье воскликнул он.

Прошли четыре дня и он снова находится в кабинете редактора. Он сидел и терпеливо ждал, когда тот закончит листать какие-то бумаги. В успехе он не сомневался. Хотел лишь знать – книга его замечательная или гениальная? Это был хороший редактор. И издательство было уважаемым, поэтому здесь его сумеют оценить по достоинству. Наконец тот оторвался от своих дел и взглянул на него.