Читаем Anthropos phago полностью

С такими мыслями он вошел в дверь, над которой висела табличка “Новая литература”. Почему – новая, он не понимал. Майкл с радостью его встречал, он взял рукопись и начал дочитывать последние страницы…

- Хорошо!... Очень хорошо!... Замечательно! – с удовольствием приговаривал он. Потом захлопнул папку и посмотрел на Рональда.

- Все!? – пробормотал Рональд.

- Да, дружище! Все! Ты сделал это!

Рональд встал, в нерешительности переминаясь с ноги на ногу. Сейчас ему выплатят гонорар и они расстанутся, - подумал он.

- Оставшиеся деньги я положил на твой счет в банке.

- Счет? – удивился он.

- Да! Я открыл для тебя счет! Вот сведения!

И он протянул ему бумагу с информацией.

- Теперь у тебя, Рональд Дойл, есть счет в банке.

Рональд покрутил бумагу в руке и рассеянно повторил:

- Все?

Майкл сидел и молча на него смотрел. Долго так сидел. Рональд повернулся, чтобы уйти, вдруг услышал:

- Нет не все, Рональд! Сядь!

Он снова сел.

- Не все! – радостно повторил Майкл, - а теперь мы поиграем в одну игру.

На минуту задумался и спросил:

- Рональд, а скажи пожалуйста, у тебя раньше было много друзей?

Тот удивился.

- Только отвечай честно! Это такая игра!

- Нет… Не очень…

- Я сказал – честно! Абсолютно честно!

- Не было друзей, - пробормотал Рональд.

- Хорошо, - вдруг сказал Майкл. - А сколько у тебя было девчонок? Скольких женщин ты любил до нашей встречи?

Рональд покраснел.

- Мы друзья, Ронни, не валяй дурака, отвечай откровенно. Мне ты можешь сказать все!

- Нисколько.

- И ты никого не любил?

- Нет.

- Отлично!... А семья? Твои отец или мать, чем они тебе помогли? Где они сейчас? Почему ты не живешь с ними?

Рональд промолчал.

- Можешь не отвечать. Знаю сам. Ничем! Они сами едва сводят концы с концами. Дальше. Пойдем дальше. Церковь. Твой бог. Ты веришь в него?

- Конечно! – удивился Рональд.

- Он тебе когда-нибудь помогал?

- Не знаю, - посмотрел на Майкла и добавил, - наверное, да… Нет… Не знаю…

- Вот!

- А школа, колледж, противные старики, которые вешали тебе на уши всякую ерунду и давали подзатыльники. Что дали они тебе. Ты любил их? Ты помнишь о них, жалеешь о годах, которые ушли безвозвратно?

- Нет, Майк. Не жалею! – уже громче отозвался Рональд.

- А детство. Оно было у тебя счастливым?

- Нет.

- Так, какого черта ты все это написал? Была ли в твоей книге хоть капля правды? За что ты держался, Ронни? Что было в твоей жизни? Кому ты был нужен?

Рональд в недоумении молчал. Потом спросил:

- Я не понимаю, Майк. Ты же говорил, что тебе нравится книга. Нравится, как я пишу.