Читаем Анонс для киллера полностью

— Гм, — поджав губы, неопределенно промычал анатом. — Я, конечно, захолустный трупорез, а не столичный токсиколог, и лучше всего было тело эксгумировать и провести целый ряд анализов на современном оборудовании, — под скисающим Женькиным взглядом рассуждал Василий Максимович, — но все, что смогу, сделаю. Просмотрю собственное заключение, подумаю на досуге. Если мысли какие-то будут, позвоню. Если нет, тоже позвоню, — закруглил он беседу.

— А сейчас нельзя посмотреть? — не обрадовалась такому резюме Женя.

— Нет, — категорически отрезал анатом. — Посмотреть можно, подумать нельзя. А это важнее. Телефон пиши. — Он пододвинул к ней журнал регистрации, и Потапова на внутренней стороне обложки написала свой номер.

В город Женька ехала в другом настроении. На ужин ей уже не хотелось, а хотелось наконец выяснить хоть что-нибудь конкретное по этому дурацкому, неконкретному делу, трупов по которому было много, а фактов мало.

А потому она прямиком направила свои колеса в Приморский район, где, по сведениям майора Суровцева, на Парашютной улице проживал владелец авто, на котором прибыли в дачный поселок убийцы Девятова.

«Если, конечно, они убийцы», — обреченно подумала Женя и сама удивилась своим пораженческим настроениям. Раньше за ней такого не водилось. Прежде она настойчиво, упрямо, возможно, даже тупо, верила в собственную правоту, в истинность своих версий. Может, на этот раз она ошиблась? С чего эти шатания?

«Нет», — подсказал ей внутренний голос. Она не ошиблась, просто ей надо чуть больше везения, изобретательности и усердия, ведь звонок Кайданову был, и уж он-то точно не был случайным совпадением.

Добравшись до места, Женя решила поступить просто. Она нашла нужный дом, подъезд, квартиру и, проникнув в подъезд тридцатиэтажного нового дома вместе с кучкой жильцов, оказалась перед нужной дверью на восьмом этаже.

Что она скажет, если дверь ей откроет тот самый бандит, который убил Девятого, или другой, который хотел похитить ее саму, потому что это, как ни крути, была одна банда, Женька особо не задумывалась. А перла глупо, прямолинейно, на пролом, непонятно, на что надеясь. Но тревожно ей не было.

«Дзи-инь!» — раздался за внушительной железной дверью пронзительный, раскатистый звонок. Потом за дверью послышался какой-то грохот, затем неразборчивая ругань. И вот тут Женька струхнула и даже уже хотела сделать ноги, но не успела. Дверь распахнулась, распахнулась настежь, едва не попав ей по носу.

— Ой! — отпрыгнула Женька в испуге.

— Ты кто такая? Чего тебе надо? — раздался над Женькиным ухом страшный громоподобный бас. Она попрощалась с жизнью и открыла глаза. — Ну, чего не мычишь не телишься? Кто такая? Чего надо?

Перед Женькой стоял в дверях мужик в майке, спортивках и фартуке, на руке у него болталась трехлитровая банка, в банке — два соленых огурца. Лицо у него было злое, но все же не бандитское, а просто слегка одутловатое, с квадратным подбородком, и сам он был не здоровым, а просто упитанным. Оценив эти нюансы, Женька облегченно выдохнула и спросила:

— Вы Чуйкин Семен Петрович?

— Ну? — любезно подбодрил ее мужик.

— Вам принадлежит машина «Мазда-6», госномер…

— Нет, — перебил он Женю так же коротко и решительно, как и выражался до сих пор.

— Как нет? В ГИБДД значится, что вам, — растерялась от такого напора Женя.

— Числилась. Только я ее сперва разбил, потом продал. По доверенности, — коротко отчитался он, а потом смачно добавил: — Вот сволочи!

— Кто? — насторожилась тревожно Женя.

— Кто, кто? Дед Пихто! — вытаращив глаза, ответил мужик. — Покупатели сволочи, обещали все сами переоформить и ничего не сделали. Сволочи! — словно наслаждаясь вызывающей грубостью этого слова, повторил он. — Ты откуда?

— С телеканала, — не очень уверенно и расплывчато ответила Женя, которую мужик с банкой то и дело ставил в тупик.

Мужик воспринял ее заявление спокойно, окинул коротким, хмурым, оценивающим взглядом.

— Слышь, давай-ка помоги банку снять, — протягивая ей руку, по-свойски, без церемоний велел хозяин квартиры.

Впрочем, церемонии вообще были не в его натуре.

— Давай тяни как следует, из-за тебя застряла! — подгонял пыхтевшую от натуги Женьку Чуйкин Семен Петрович. — Это последние два огурца, а уже половина второго, — неизвестно, в какой связи, заметил он нервно. — Эх, елки! — все больше кипятился он, прыгая вокруг банки. — Как я буду салат резать? У жены сегодня день рождения, а еще пылесосить! И пол помыть! — в отчаянии завывал примерный супруг. — И чего тебя только принесло так не вовремя? — обвиняюще ткнул он в Женьку банкой.

Женька изо всех сил старалась стянуть с распухшей руки банку, но та застряла намертво.

Тогда она взяла его руку с банкой молча и решительно и грохнула ею об угол кухонного стола. Банка разлетелась вдребезги, огурцы шмякнулись на пол.

Мужик сразу скис. Сдулся, как воздушный шарик.

— Ну вот, — протянул он жалобно. — Это же последние были, как их теперь из осколков выковыривать? — опускаясь на корточки и глядя на последствия Жениных кардинальных мер, спросил он.