Читаем Аномалия полностью

Увидевшие одежку Гарри, другие чемпионы также сделали себе футболки, на которых изобразили гербы своих школ. Пока они этим занимались, Гарри прошелся оценивающим взглядом по Флер Делакур, которая заплела свои волосы в конский хвост. Ей не хватало только заостренных ушек, колчана со стрелами за спиной и лука в руках для полноты образа эльфийской воительницы. Почувствовавшая взгляд Флер обернулась и грозно уставилась на Гарри, в ответ на что тот озвучил свои мысли. Флер обиделась.

Ровно в десять часов в палатку зашел Людо Бегмен и пригласил на арену Виктора Крама. Спустя десять минут в палатку зашел Людо Бегмен и сообщил, что Виктор Крам завершил испытание и арена подготавливается для Флер Делакур. Когда арена была подготовлена, Флер вышла на арену, а Гарри принялся приводить свои мысли в порядок. Он инстинктивно кивнул Бегмену, когда тот сообщил, что Флер прошла испытание и через полчаса его выход.

Гарри помнил, как описывал магию Орион Блек — бескрайний океан, поведение которого зависит от характера родовой магии. В случае Гарри, его океан был спокойным, отображая спокойный характер родовой магии Поттеров. Это позволяло легче использовать трансфигурацию, улучшало качество зелий и артефактов, создаваемых носителем подобной магии, но она совершенно не годилась для боя, чего нельзя было сказать о родовой магии Блеков. Она напоминала бушующий океан, небо над которым рассекали молнии. Океан, способного с легкостью сокрушить любого, оказавшегося в этом безумии стихии. И ему нужно было разбудить океан мощи, доставшийся ему от рода его бабки.

Погрузившись в глубины своего подсознания, как учил его Орион Блек, Гарри увидел бескрайний океан с идеально чистым небом над ним. Полюбовавшись красотами, он стал мысленно призывать ветер над водной поверхностью, заставляя свою магию подчиняться своей воле. Нужно было самому начать шторм в океане, чтобы можно было его легко успокоить и не слететь с катушек. В Хогвартсе он понял, зачем его заставляли медитировать на рождественских каникулах и учиться контролировать эмоции. Ведь именно эмоции, как и намерение, были основой любого действия, преобладая в разной степени друг над другом. И то, и другое, могло пробудить в человеке магию, но если магия, разбуженная эмоциями была очень сложна в контроле, чего нельзя сказать о намерении, подчинявшегося разуму. А магия рода Блек была такова, что она очень легко отзывалась на эмоции и практически не поддавалась разумному контролю напрямую. Но если маг мог создать нужный настрой и совместить чувства с разумом, тогда он мог подчинить себе эту стихию. Поэтому магов рода Блек считали импульсивными и отчасти психически нездоровыми. Они просто не могли быть другими, если им приходилось постоянно направлять свои эмоции в нужное русло и удерживать их там. Побочным эффектом этого было то, что все Блеки идеально разбирались в легиллименции и окклюменции. И теперь Гарри хотел узнать, стоило ли это тех заморочек с кодексами родов, которые ему суждено было возглавить.

Вернув свое внимание океану, Гарри стал еще больше усилий прикладывать к тому, чтобы над океаном поднялся ветер. И ветер ответил на его зов. Постепенно на водной глади появилась рябь, переросшая в небольшие волны. На прежде чистом небе стали появляться облака. Постепенно ветер усиливался, а небеса заволакивали тяжелые свинцовые тучи. Через несколько минут, показавшихся Гарри вечностью, он увидел, что океан уже начинает свирепеть под тяжелыми тучами, а ветра уже были готовы сорваться, словно голодные цепные псы, учуявшие раненого зверя.

«Еще рано», — подумал про себя Гарри, не собираясь спускать ветер с цепи раньше времени. Потянулись долгие минуты, пока в палатку не зашел Людо Бегмен и пригласил Гарри проследовать на арену.

Поперек арены во всю ее ширину раскинулась невысокая стена, по которой гордо вышагивали доспехи с луками. Перед стеной сновали доспехи с щитами и деревянными мечами, а также небольшие золотые львы и грифоны.

«Похоже, рейд-босс находиться за стеной, и скорее всего, охраняется», — подумал Гарри, осмотрев арену.

— Итак, третий участник, чемпион Хогвартса, Гарри Поттер! — объявил мистер Бегмен, голос которого был заглушен аплодисментами, — Вы готовы?

Он кивнул и закрыл глаза.

— Приступайте!

Оказавшись вновь посреди бушующего океана, который был еще далек от свирепого шторма, Гарри мысленно отпустил цепи, удерживающие обезумевшие ветра, которые дули над водой. И словно отозвавшись на желание своего хозяина, небо озарила вспышка молнии, и над водной поверхностью прокатился раскат грома. Ветер родил грозу, которая очень быстро переросла в шторм, поднимающий к небу волны высотой с горы. Улыбнувшись, Гарри открыл глаза и ощутил, как в нем бушует океан силы, как накатывает на него чувство эйфории и безудержного желания действовать.