– Ты что-то сделал не так, старый дурак! Дай мне попробовать!

– Пробуй, сколько хочешь, – проворчал Бейсингстоук.

– Он просто не включается. – Он отошел, сердито глядя, как Хеймат склонился к приемнику. Но вот тот с мрачным выражением откинулся.

– Что ты с ним сделал?

– Ничего! Просто выключил! А когда потом попытался снова включить, он не работал!

На мгновение Снизи испытал прилив надежды. Если приемник действительно сломан, старикам придется изменить свои планы. Может, им нужно будет идти в аэропорт пешком! Снизи понятия не имел, далеко ли это, но, вероятно, они тоже. Они не решатся тратить время. Им нужно будет выходить немедленно, потому что солнце снаружи уже встает, небо в окнах светлеет.

А если они уйдут немедленно – и если почему-то им не удастся сразу убить свидетелей – и если они не решат опять прихватить детей с собой – и если...

Очень много этих если.

Но все это не имеет значения. Снизи увидел, как засветился экран. Бейсингстоук тоже заметил это и воскликнул:

– Не нужно обвинять друг друга, Берп! Смотри, он включился!

И правда.

Приемник включился. Но с экрана смотрело совсем не лицо улыбающейся полинезийки с цветами гибискуса в волосах. Мужское лицо. Мужчина неопределенного возраста, приятной внешности (мне хочется так думать), он улыбался по-дружески. Снизи не узнал его. Люди на взгляд хичи все похожи друг на друга, кроме тех, с кем хичи провел много времени.

Но Сирил Бейсингстоук и Берп Хеймат узнали это лицо сразу.

– Робинетт Броадхед! – воскликнул Бейсингстоук, а Хеймат рявкнул:

– Какого дьявола тут делает этот сукин сын?

Глядя на это из гигабитного пространства, Эсси нервно усмехнулась.

– У тебя широкая известность, Робин, – сказала она. – Даже злые старые террористы сразу узнали тебя.

Альберт сказал:

– Это неудивительно, миссис Броадхед. Генерал Хеймат по крайней мере дважды пытался убить Робинетта. И, вероятно, каждый террорист на Земле поступил бы так же, если бы у него была возможность.

– Больше не давай им возможности сделать что-нибудь плохое, Робин, – попросила Эсси. – Давай. Действуй. И, дорогой Робин, будь очень осторожен. Злые старые террористы ничто по сравнению с другими опасностями, которые тебе угрожают!

14. ЗАЙЦЫ

Я думаю, мне стоит здесь немного вернуться назад.

Когда сообщение о передаче в кугельблитц достигло ЗУБов, там началась лихорадочная деятельность. Программы и люди в гигабитном пространстве определили источник передачи и установили, что это остров Моореа в Тихом океане. И произошло это так быстро, что удовлетворило даже меня.

Потом пришлось нажать на тормоза, потому что следующее решение предстояло принять плотским людям.

Они сделали это так быстро, как только могут плотские люди, нужно отдать им должное, но люди из плоти не годятся, когда нужна настоящая скорость. Прошло много-много миллисекунд, прежде чем был сделан следующий шаг, и еще очень много, пока этот шаг начал приносить последствия. Отключили остров Моореа от электроэнергии. Повсюду отключили все источники электромагнитной энергии на острове. Моореа оказался в карантине. Больше никаких сообщений отсюда не поступит.

Это был правильный поступок, и я с ним согласен. Но на это ушло так много времени! А потом потребовалось еще много-много-много времени для следующего шага. Никто не знал, что делать. Альберт, Эсси и я сразу поняли, что происходит, но нам понадобилось бесконечно долгое время, чтобы убедить плотских людей, что мы правы, и заставить их совершать нужные шаги.

С самого начала было ясно, что Враг находится на Земле. Альберт и я снова и снова возвращались к этому на протяжении тысяч миллисекунд, и другого объяснения просто не было. Эти «ложные тревоги» на Сторожевом Колесе совсем не были ложными. Мы умудрились довести это – за много миллисекунд – до сознания плотских людей. Будь прокляты их души, они начали спорить!

– Вы не можете этого знать, – возразил генерал Халверссен, и я закричал (насколько я могу кричать на плотских людей. О, как это медленно!):

– Верно, генерал Халверссен, что мы не знаем этого точно. Но наука строится не на точности; это всего лишь вопрос вероятности, а вероятность того, что наше утверждение верно, подавляющая. Никакой другой гипотезы просто не существует.

Можете себе представить, сколько времени занимает такой разговор?

А потом нам потребовалось убедить их в другом утверждении: на Врага работают какие-то человеческие существа. Тут мы опять погрузились в долгий спор, потому что генералы ЗУБов застряли на том, что каким бы злобным и безумным ни был человек, он не может помогать врагам всякой органической жизни. Потребовалась новая вечность, чтобы объяснить: мы не имеем в виду добровольное сотрудничество. Но что тогда это значит? Мы не знаем, что это значит, но то, что передача велась на английском языке, пусть и ускоренно, неопровержимо свидетельствует, что какой-то человек послужил посредником между передачей и Врагом. И, конечно, содержание передачи подкрепило теорию, что она создана и отправлена Врагом.