Читаем Анна Вербицкая полностью

Знаменитый венецианский путешественник Марко Поло или, скорее, записавший его слова Рустикелло довольно подробно сообщает, как выглядел «рай» ассасинов. «Развел он большой, отличный сад в долине, между двух гор; такого и не видано было. Были там самые лучшие в свете плоды... Понастроил он там самых лучших домов, самых красивых дворцов, таких и не видано было прежде; они были золоченые и самыми лучшими в свете вещами раскрашены. Провел он там каналы; в одних было вино, в других — молоко, в третьих — мед, а в иных — вода. Самые красивые в свете жены и девы были тут; умели они играть на всех инструментах, петь и плясать лучше других жен... В их обязанности входило одаривать юношей, что попадали сюда, всеми удовольствиями и наслаждениями. Здесь было множество различных одеяний, лож, еды и всего, что можно было пожелать. Здесь не вели речи ни о чем грустном и было не принято отводить время чему-либо, кроме игры, любовных утех и удовольствий. И девы те, одетые столь изысканно в золото и серебро, резвясь, прогуливались бесконечной чередой по саду и дворцам; ведь те жены, что жили в саду, были заперты и никогда не выходили наружу... Сад этот, толковал Старец своим людям, есть Рай. Разбил он его таким точно, как Мухаммад описывал сарацинам Рай: кто в Рай попадет, у того будет столько красивых жен, сколько пожелает, и найдет он там реки вина и молока, меду и воды. Поэтому-то Старец развел сад точно так, как Мухаммад описывал рай сарацинам; и тамошние сарацины верили, что этот сад — Рай. Старец хотел, чтобы они поняли, что он — пророк и сподвижник Мухаммада и что он может, кого пожелает, наградить вышеуказанным Раем. Попадал в него только тот, кто выражал желание сделаться ассасином».

Далее в легенде говорится, что через несколько часов пребывания в «раю» ассасину опять давали наркотик и, после того как он вновь засыпал, переносили обратно. Проснувшись, человек искренне верил в то, что побывал в настоящем раю, и реальный мир, полный бед и лишений, терял для него какую-либо ценность. Все его надежды и помыслы были подчинены единственному желанию — вернуться в сады, где его ждут прекрасные девушки и щедрое угощение.

Действительно, на фоне очень скромного образа жизни общины ассасинов контраст поражал. Надо также принимать во внимание, что речь идет об XI в., нравы которого были настолько суровы, что за прелюбодеяние могли забить камнями, а для юношей из бедных семей, родители которых не могли заплатить калым за невесту, женщины были просто недосягаемой роскошью. Этим умело воспользовался Хасан ибн Саббах. Он объявил себя чуть ли не пророком. Для ассасинов он был ставленником Аллаха на земле, глашатаем его священной воли и внушал адептам, что они могут попасть в рай, минуя чистилище, лишь при одном условии: приняв смерть по его приказу. Он любил повторять: «Рай покоится в тени сабель». Неудивительно, что ассасины не только не боялись смерти, но страстно ее желали.

Эта легенда об ассасинах распространилась по Европе очень быстро и произвела очень сильное впечатление как на современников путешественника, так и на потомков. Марко Поло не указывал в своих записях название средства, которым опьяняли юношей, но французские писатели-романтики середины XIX в. были уверены, что это гашиш. Именно в таком ключе пересказывает легенду о Старце Горы граф Монтекристо в одноименном романе Дюма. Красивая легенда жила собственной жизнью, пока историки не задумали проверить достоверность этой информации. Оказалось, что мемуары Марко Поло довольно далеки от действительности.

Да, легенда имеет под собой историческую основу. «Горные старцы» действительно правили в XII—XIII в. в крепости Аламут, расположенной на побережье Каспия; они принадлежали к исламской секте исмаилитов и решали свои внешнеполитические проблемы с помощью террористов-смертников. Однако нет никаких доказательств того, что в их подготовке применялся гашиш. Рассказы об ассасинах появились в Европе вместе с вернувшимися из Святой земли крестоносцами. А те, в свою очередь, были под впечатлением рассказов об этой таинственной секте других мусульман, которые, как правило, были суннитами, потому отзывались об исмаилитах, мягко говоря, недоброжелательно, приписывая им ужасные поступки. Чтобы воспринять и интерпретировать все, связанное с Востоком и исламом, средневековым европейцам пришлось сильно напрячь фантазию. В этих легендах нашло отражение объяснение поведению фидаев, иначе казавшееся невероятным и выходящим за рамки представлений о возможностях человека.