Читаем Анна Фаер (СИ) полностью

Мама незамедлительно стала орать. Она ухватила меня за руку, хотела отвести меня в ванную, чтобы я смыла свой макияж. Папа сказал, что это потом. Они кричали. Оба. Мама истерично, папа глухо и разочарованно. Я огрызалась. Наверное, это выглядело так, словно они хотели взять голыми руками змею. А она постоянно делала выпады и не позволяла их рукам до неё дотронуться.

Они начали подступать ко мне со всех сторон. Они кричали. Я тоже стала кричать. Меня накрыло такой злобной яростью, что в глазах всё стало кроваво-красным.

- Не смейте мне приказывать, что делать! – проорала я изо всей силы.

- А не то что? – насмешливо спросила моя разъярённая мать.

- Иначе вы меня больше не увидите! Я убегу, вот что!

- Не убежишь, пока я тебе этого не разрешу,- сказала она самоуверенно.

Слишком самоуверенно.

- Не покушайся на мою свободу! Ещё раз скажешь что-нибудь подобное, и я точно сбегу!

- Ещё чего! В этом доме всё будет так…

- Ты здесь не главная! – крикнула я. – Никто из вас не может меня контролировать! Потому что я принадлежу только себе, вы поняли? Ни одно живое существо не может принадлежать другому!

- Пока тебе нет восемнадцати, я здесь…

Ссылаться на возраст! Что может быть глупее?! Я поняла, что выхода у меня нет.

- Ненавижу вас! – крикнула я изо всей силы и выскочила на улицу.

На мне даже лёгкого пальто, которое я скинула с себя дома, не было. Но нет. Мне не холодно. Я вся горела. Я бежала по улице и не оглядывалась: я просто надеялась, что за мной нет погони. И только тогда, когда я в этом убедилась, я перешла на шаг. А потом я и вовсе остановилась.

Только недавно во мне кипела злоба, а сейчас я уже была в тоске. Мои эмоции – это одни огромные американские горки. Я прыгаю с одной эмоции на другую и всё никак не могу остановиться. Не могу выбраться из всего этого.

Утром, самым утром, я чувствовала себя так уверенно и хорошо. А сейчас мне так плохо. Почему у меня всё либо отлично, либо ужасно? Наверное, даже если золотая середина и существует, то она точно не для меня.

Минуту назад я вся просто горела, мне даже казалось, что у меня поднялась температура, настолько мне было жарко. А сейчас у меня зуб на зуб не попадает. Я даже не поняла, что идёт дождь, когда выскочила на улицу. А он шёл. Настоящий проливной осенний дождь. И я стояла под рыдающим небом и впервые за этот тяжёлый день позволила себе заплакать.

Всё так ужасно. Спасите меня, кто-нибудь.

========== Часть 14 ==========

Я всё ещё стояла под дождём. Нужно было идти куда-то, но я понимала, что идти мне некуда. Куда я могу пойти? Домой? Нет, домой я не вернусь больше! Вернуться домой, означает признать поражение и сдаться. А я сдаваться не собираюсь. Я не собираюсь признавать, что кто-то может иметь надо мной авторитет. Родители не смеют мне указывать, что я могу делать, а что нет. И уж тем более, когда в моей душе такой бунт.

Я могла бы пойти к Диме или Максу. Это рядом, они всегда готовы принять меня. Но ведь уже ночь, я не могу разбудить всю их семью. Нет, к ним пойти я не могу тоже. Алекс? Тоже нет: он живёт слишком далеко. Чёрт возьми, почему я не осталась у него? Тогда я бы здесь не мокла и не мёрзла. Хотя, может быть, если бы я с ним осталось, мне было бы ещё хуже.

Вода стекала с меня ручьями. Я дрожала. Мне было холодно и обидно. Обидно больше, чем холодно. Ведь это нечестно. Нечестно, что я получила такое наказание. Наказание за что? За стремление к свободе? За стремление к счастью? Это несправедливо! Я просто хотела почувствовать себя свободной. И я почувствовала, только вот что в итоге из всего этого получилось.

Может быть, я просто не готова к свободе. Как только она у меня появилась, я стала вести себя сумасшедше и безобразно. Говорила всякую чушь, делала всякие глупости и лезла на рожон. Наверное, свободу должны получать только те, кто к ней подготовлен. Почему-то я не учитывала этого раньше. Я не учитывала раньше того, что, если у раба появится свобода, он не поймёт, что ему с ней делать. Свобода может быть даже хуже, чем рабство. Особенно, когда ты к ней не готов. А люди пока ещё неподготовлены. Им ещё рано давать свободу. Они, как и я, пока ещё не готовы. Но когда? Что если мы уже никогда не сможем воспринимать свободу? Что если всё потеряно?

И я была в том своём настроении, когда мне искренни верилось, что дела обстоят просто ужасно. И я верила в то, что всё потеряно. Но это понятно. Тяжело верить во что-то хорошее, когда стоишь в одиночестве под дождём в полной темноте. В такой ситуации получается верить только во что-то плохое. Только в худшее.

Ну и славно! Отлично! Пусть на меня проливается этот холодный осенний дождь! Пускай! Пускай мои родители сидят в прихожей и ждут, что я вернусь! Пускай мои друзья спят у себя в тёплых постелях, пока я здесь замерзаю! Пускай! Я не против. Они ещё все пожалеют. Пожалеют, что были такими безразличными. Я заболею, серьёзно заболею, а они ничего не смогут сделать, чтобы помочь. Вот тогда они всё и вспомнят! Я заболею, и хорошо! Посмотрим, что они все станут делать, когда у меня будет воспаление лёгких, например.