Читаем Анна Фаер (СИ) полностью

Знаете, о чём я жалею? О перцовом баллончике, который я забыла в сумочке на кресле, где просидела весь вечер! Сейчас он бы мне пригодился!

Но баллончика не было. Ничего, что могло бы мне помочь, не было. Поэтому я дрожащим голосом попросила:

- Алекс, не надо, пожалуйста…

Раздался смех. Совсем не злой. Алекс хохотал и не мог остановиться. Он даже стал задыхаться от смеха. Выглядело это так, будто кошка отхаркивала свою шерсть. Поэтому я непонимающе заулыбалась.

- Мне просто стало жарко,- наконец выдавил из себя Алекс, держа в руках майку. – Сдалась ты мне.

- Я подумала…

- Я понял, что ты подумала.

Мне всё ещё было страшно, и я смотрела на него недоверчиво.

- Не бойся, не обижу,- улыбнулся он.

Но меня всё это жутко раздражало. Думает, что я боюсь! Ещё чего!

- Нам нужно поговорить, чёрт возьми!

- Я слушаю,- он опустился на пол, взял в руки бутылку с вином и спросил: - Присядешь?

Я села рядом. От Алекса приятно пахло чем-то сладким, похожим на ваниль. Он сделал глоток из горлышка бутылки и спросил:

- Будешь?

Я отрицательно покачала головой. Теперь он мне не казался надменным и злым. У себя дома он был домашним.

- А зря. Очень зря. Хорошее вино. Ты точно не хочешь?

- Алкоголь – это зло,- сказала я ему, отвернувшись.

Он почему-то презрительно улыбнулся.

- Боже, как всё запущено! В школе этому научили? Теперь всю жизнь, как овечка, будешь это выкрикивать? Если что-то и есть зло, то точно не алкоголь. По крайней мере, не хорошее старое вино.

Меня это разозлило ещё больше. Мы с ним были вместе не больше десяти минут, а я уже была вся взвинчена.

- Дай свою бутылку! – я не дождалась от него реакции и выхватила её сама.

Сделала глоток. Было кисло и противно.

- Кислятина,- поморщилась я, возвращая ему бутылку с вином.

Он вдруг нахмурился так, будто я что-то святое оскорбила.

- Нет! Белое вино - самое лучше,- начал он горячо.- То, что ты назвала кислятиной - это кислая свежесть, которую окружают все другие оттенки вкуса! Да ведь ты его даже и не распробовала толком! Вино не для того, чтобы его пить. Это тебе не пиво или водка. Вином нужно наслаждаться. Попробуй ещё раз, но не глотай.

Дима сказал мне быть осторожной. Макс сказал мне быть осторожной. А вместо того, чтобы быть осторожной, я позволяю себя спаивать. И мне даже нравится то, чем я занимаюсь.

- Ладно,- я набрала в рот немного вина.

Алекс снова заговорил:

- А теперь читай вкус. Чувствуешь кислоту? - я кивнула. – Ну, а теперь прислушайся. Кроме кислоты, есть и солёность, знаешь, как у минеральной воды. Чувствуешь её? - я снова кивнула. - А пряная горькость? А фруктовая сладость? Если у тебя всё в порядке со вкусом, то ты даже можешь почувствовать дуб. Это вино много лет выдерживали в дубовых бочках. Наверное, поэтому оно такое вкусное.

Вино и вправду оказалось вкусным. Я не ожидала, что столько разных вкусов могут быть смешаны в одном единственном напитке. Распробовав, как следует, вино, я ответила Алексу:

- Поразительно! Оно действительно отличное! Это лучшее вино, которое я пила в своей жизни,- про то, что оно единственное, я говорить не стала. - А ты, похоже, отлично разбираешься в винах.

- Наверное, это единственное в чём я разбираюсь,- горько усмехнулся он. – Ты со мной поговорить хотела? У нас есть тихая комната и бутылка отличного вина – всё, что нужно для хорошего разговора, одним словом.

- Да, я хотела поговорить. О Максе.

- Столько возможных тем для разговора, а ты выбираешь эту. Не понимаю, чего тебе нужно, но говори, если так хочешь. Боже! Не верю, что ты ради этого пришла. Такая примерная девочка, - он снова улыбнулся как-то нахально и снисходительно.

Снисходительно! Ко мне! Это я обычно ко всем снисходительно улыбаюсь! Но я решила не возмущаться этим вечером слишком сильно. Я буду вести себя сдержанно, чтобы разобраться в том, что заставляет моего друга с самыми чудесными глазами на свете страдать.

- Ты ничего не понимаешь,- сказала я ему серьёзно. – Макс сказал, что вы просто поругались. Он сказал, что даже не помнит из-за чего. Я готова ему поверить. Но я не могу поверить в то, что из-за этого он стал таким.

- Каким? – Алекс, кажется, меня совсем не понимал.

- Таким, какой он сейчас.

- А тебе он сейчас не нравится? Хочешь, чтобы он был, как раньше? Как ты вообще можешь этого хотеть? Ты даже не была с ним знакома!

- Я знаю, что он был счастлив тогда! А сейчас он страдает! Я говорила с ним, когда он был пьян. Он рассказывал, как ему плохо. В трезвом состоянии он бы никогда не стал жаловаться, но тогда он был пьян и рассказал мне обо всём, что ему наболело. А наболел ему ты.

Алекс молчал. Он держал в руках бутылку из зелёного стекла и смотрел на неё зачем-то. Смотрел так внимательно, будто хотел с помощью телекинеза стекло разбить или нагреть вино, или и вовсе превратить его в воду. Не знаю, он просто смотрел на бутылку слишком уж серьёзно. Может, вспоминал цвет глаз Макса?

- Разве меня должно волновать, что он страдает? Я ведь тоже страдаю. А это никого не волнует. Всем плевать.

- Меня волнует,- вдруг вырвалось у меня.