Читаем Анна Фаер (СИ) полностью

Что происходит? Почему я такая злая? Чёрт возьми, мы с Димой полчаса сидели у меня в прихожей и ждали Макса! Родители, наконец, уехали на несколько дней из города, и я могу устроить ночёвку. А этот мудак опаздывает!

- Макс! – крикнула я на весь дом, не волнуясь о том, дома ли вся его семья. – Выходи! Предупреждаю, что тебя ждут проблемы!

- Тихо, не ори! – вдруг закричал на меня Мстислав.

- Ты кричишь на меня?

- Да, кричу!

- Ты?

- Я!

Мы сделали несколько угрожающих шагов навстречу друг другу, а потом рассмеялись.

- Где Макс? – вконец растеряно спросил Дима.

- Кира закапризничала.

- И? Я тоже капризничаю,- сказала я, надувшись.

- Я вижу,- улыбнулся мне Мстислав и принялся объяснять: - Она не просто капризничала, у неё зуб расшатался. Папы дома нет, а зуб нужно вырвать. Так что Макс сейчас занят, а ты не ори, а то он ещё сделает ей больно.

- Он зуб вырывает! Он в любом случае ей сделает больно!

Мстислав усмехнулся рядом крепких и ровных зубов и указал на них пальцем:

- Как минимум половину мне вырвал Макс. И было совсем не больно.

- Как? Я помню, когда я была маленькой,- увлечённо начала рассказывать я,- мне молочные зубы вырывал папа. И я всегда плакала. А потом мне покупали что-нибудь, и всё было хорошо. Но всегда было больно.

- Нет. Макс умеет вырывать зубы безболезненно.

- Нет, как он это делает? – вмешался Дима. – Мне тоже всегда было больно, когда у меня выпадали молочные зубы.

Мстислав посмотрел на нас как-то растеряно, взлохматил свои тёмные волосы и начал рассказывать с улыбкой:

- Понимаете, когда Макс вырывает зуб, он всегда начинает рассказывать что-нибудь ужасно интересное. И, насколько я помню, он рассказывал мне разные истории так увлекательно, что я даже не замечал, что он уже вырвал у меня зуб.

В прихожую вошёл Макс. Вошёл так, словно он не к друзьям подошёл, а взошёл на эшафот и сейчас примет смерть от руки палача.

- Я хотела наорать на тебя, но, оказывается, ты разбирался с молочным зубом сестры!

- Ну,- безразлично сказал Макс, одевая свой пуховик.

- Кира! Кира! – позвала я.

Эта маленькая и сверхактивная девочка ураганом внеслась в комнату. Уже в следующую секунду она показывала мне чёрную дыру на месте молочного зуба.

- И тебе не было больно? – спросила я.

- Нет! Совсем не больно!

- Вау!

Я пристально посмотрела на Макса, который натягивал варежки. В комнате висело молчание. Я смотрела сосредоточенно на Макса, а все удивлённо смотрели на меня. Только Кира всё не могла угомонится, показывая всем, а Диме с каким-то особым усердием, свой выпавший зуб, который она держала в руке.

- Что? Что не так? – не выдержал моего взгляда Макс.

- Нет! Всё отлично! Я просто думаю, что из тебя бы вышел отличный отец.

Он улыбнулся своей божественной улыбкой.

- Мой папа и папа Димы совсем не умели вырвать молочные зубы безболезненно,- я весело обернулась к Диме. – Нашим детям будет вырывать зубы Макс!

Он посмотрел на меня немного удивлённо, потом побагровел, открыл рот, но так ничего не сказал.

- Ты чего? – я растерялась.

- Ты сказала «нашим детям»? – едва выдавил он из себя.

Я засмеялась так, что начала даже бить ладошкой по коленке.

- Нашим детям – это твоим и моим в отдельности! Не общим!

Мы выбрались на улицу, а я всё ещё смеялась и подшучивала над Димой. Только когда мы забрались в мой пустующий дом, я смогла успокоиться.

- У меня две новости! – сказала я. – Одна хорошая, а другая плохая! С какой начать?

- Мне плевать,- сказал Макс спокойно.

- С хорошей! – решительно сказал Дима.

Я, понятное дело, слушала Диму, а не Макса.

- Хорошая новость: у нас есть пицца!

- О! Это не хорошая новость, это шикарная новость!

- А плохая,- перебила я Диму,- это то, что она как бы готова, но её осталось поместить в духовку и всё такое. Но я этого делать не умею.

Мы пошли на кухню, и я указала на противень с сырой ещё пиццей.

- Мама перед отъездом оставила. Но, кажется, она ожидает от меня слишком много.

- Да ведь всё просто,- сказал Дима, внимательно поглядывая на духовку и пиццу.

- Всё просто? Отлично! Тогда всё сам и делай.

- Я думал, что буду есть, а не готовить.

- Ничего,- утешила его я,- за заслуги перед Родиной, я отрежу тебе кусок побольше.

- Замётано,- расплылся в счастливой улыбке он.

Как мало этому парню нужно для счастья. Ему достаточно неисчерпаемого запаса чая и еды. И всё. Как с ним просто.

- У нас где-то полчаса, и пицца готова! – объявил Дима.

- Отлично!

Эти полчаса мы занимались отличным делом. Игра в карты, дамы и господа! Что может быть лучше? Только не говорите: «Игра в карты на раздевание». Дима уже так пошутил, поэтому получил оплеуху и целый град обвинений в том, что он ужасный извращенец, и мне вообще страшно находиться с ним в одном доме.

Мы играли в карты. Как ни странно, я даже иногда не побеждала. Не хочу говорить, что я проигрывала. Вот сравните два предложения. Я иногда не побеждала. Я иногда проигрывала. Ведь первое звучит лучше! Разве я не права? Так вот, мы играли в карты, и, к моему огромному удивлению, я иногда не побеждала.

- Знаете, чего я хочу? – я отложила карты в сторону.

- Пиццы? Я вот хочу пиццу,- оживился Дима.