Читаем Анна Болейн. Страсть короля полностью

Саму Анну приглашали на каждый танец. Юные кавалеры так и роились вокруг нее; вечер пролетел в вихре музыки и смеха. Было уже очень поздно, когда Анна огляделась в поисках сестры и поняла, что той нигде не видно; не попадался на глаза и король. Большинство гостей были пьяны и заняты своими партнерами или разговорами. В воздухе носились запахи пота, остатков еды и пролитого вина. Анну это не волновало, потому что музыканты снова ударили в смычки и перед ней возник с поклоном очередной молодой человек.

Только часа в два поутру она увидела короля Франциска, как обычно обходительного и чрезвычайно пьяного. Он сидел в своем роскошном кресле с какой-то пышногрудой красоткой на коленях. Но это была не Мария. Анна напрасно искала взглядом сестру, и в сердце начала заползать тревога. Пойти спать и пропустить такое развлечение – это было не похоже на Марию.

Черт бы ее побрал, эту Марию, которая заставляет переживать из-за себя, когда сама Анна наслаждается этой восхитительной ночью! Анна полагала, что нужно пойти и отыскать сестру, но, может быть, она беспокоилась напрасно? Мария старше ее и, конечно, способна сама о себе позаботиться.

Пузырь счастья лопнул, когда Анна увидела сестру сидящей на постели в залитой лунным светом спальне и безудержно рыдающей. Анна торопливо подошла к ней, остальные девушки собрались вокруг. Некоторые зажгли свечи, кто-то предложил страдалице носовой платок.

– Что случилось? – спросила Анна, чувствуя себя виноватой.

Ах, зачем она не позаботилась о сестре раньше!

Мария качала головой и продолжала всхлипывать. Выглядела она крайне несчастной. Анна встряхнула ее за плечо:

– Скажи мне.

– Он… он… – Сестра хватала ртом воздух.

– Кто? – крикнула Анна. – Что он сделал?

– Король… – Мария разразилась новым потоком слез.

Наступила тишина.

– Он получает то, что хочет, – произнесла Флоранс тоном, выражавшим отвращение. – Это хорошо известно.

Анна обняла сестру за плечи. Сама она тоже дрожала.

– Это правда?

Мария кивнула.

– Он… меня принудил, – прошептала она сквозь слезы. – Повел посмотреть картину. Сказал, это такое непревзойденное произведение искусства. Но… никакой картины там не было. Когда мы вошли в галерею, где она якобы находилась, он обнял меня и начал целовать. Я не знала, что делать. Он король. Я не могла противиться! – Она сглотнула. – Потом он сказал, что нам будет уютнее и безопаснее в другом месте, и затащил меня в какую-то дверь. Это была… спальня. Я пыталась протестовать, но он только засмеялся и сказал, все так говорят, но это ничего не значит. А потом он… он толкнул меня на кровать и… Не спрашивайте, что было дальше. – Мария повесила голову. – Он делал со мной такие вещи, о которых я никогда не слышала.

– Это изнасилование! – прошипела Элизабет Грей, сверкая глазами, и остальные девушки пробурчали что-то, выражая согласие. – Какой позор!

«Позор мне, – подумала Анна, расстроенная и не способная осознать масштаб произошедшего несчастья. – Если бы я пошла ее искать, то могла бы это предотвратить».

– Не представляю, как я появлюсь при дворе, – сквозь слезы причитала Мария, – как буду служить королеве Клод. Я ведь каждый день буду видеть его, я не перенесу этого стыда. Она догадается! – Возгласы Марии перешли в жалобный вой. – Она меня прогонит!

Анна легко могла вообразить, какой произойдет скандал, и вся сжалась. Она крепко обнимала Марию и ждала, пока шторм уляжется. Остальные девушки стояли кружком и озабоченно качали головами.

Наконец Мария выпрямилась, лицо ее было красным и припухшим от слез, волосы спутались. Она сделала глубокий вдох:

– Утром я увижусь с королевой Марией и спрошу, не позволит ли она мне поехать вместе с ней домой.

Это могло быть чревато еще большими затруднениями.

– Но что скажет отец? – спросила Анна. – Как ты объяснишь ему свой приезд? Он обеспечил тебе одно из самых желанных мест, о каких только может мечтать девушка, а ты, получается, презрела его старания!

– Думаешь, я этого хотела? – бросила в ответ Мария. – Я не виновата!

Анна знала, окажись она на месте Марии, то отдавила бы королю ногу, или закричала, или дала бы пощечину, но сдержалась и не стала этого говорить. Не хотелось еще больше расстраивать сестру. Злясь за нее, Анна горько размышляла: что бы кто ни говорил, даже просвещенная Кристина Пизанская, мужчины все равно сильнее женщин и способны взять без спросу то, чего им хочется. С ними сладит или грубая сила, или жестокий обман. Поглядите, как Саффолк обошелся с регентшей. А короли вообще ни перед кем не должны держать ответ.

– Я понимаю, ты не сможешь служить королеве Клод и смотреть ей в глаза, – произнесла Анна и сама едва не заплакала, – но нужно подумать, что ты скажешь отцу.

Мария всхлипнула, сотрясаясь всем телом:

– Я не знаю. Сейчас я ничего не могу придумать. Я займусь этим утром.

– Нам нужно будет рано встать, чтобы ехать в Сен-Дени, – напомнила ей Анна. – Королеву Марию ждет долгий путь.

– Оставь меня! – взвыла Мария и, не раздеваясь, повалилась на постель.