Читаем Анна полностью

Джефферсон задержался в ординаторской не долго, после небольшого разговора он отправился в свой кабинет, который находился в другом секторе нашего этажа, а я же в это время сел за свой стол и начал пролистывать историю одного из пациентов Лаера, пытаясь войти в курс дела и понять по поводу чего он был оперирован и когда, а попутно в это время было включено радио на посту, оно было включено не на всю громкость, конечно, но было доходчиво всё слышно через открытую дверь ординаторской. Ведущий местных новостей рассказывал о каком-то ужасающем массовом убийстве, на западе Колумбуса, что, якобы человек собственными зубами и руками порвал и изуродовал свою семью и соседей, а при попытке его задержания он покусал полицейских, словно был не в себе, словно был в каком-то бешенстве. В эти годы в стране происходило множество разных убийств, чаще краж, поэтому мало что могло хоть как-то заинтересовать людей, поэтому я и не стал вдаваться толком в подробности, а уже писал своей чёрной ручкой утренний дежурный дневник для первого пациента, левой рукой весьма коряво, но всё же понятно и отчётливо вырисовывая буквы, а попутно, лишь краем уха продолжал слушать новости. Стоило мне услышать короткую фразу, сказанную ведущим по радио: “Подобные инциденты происходят ещё в ряде штатов…” как вдруг звук ушёл на второй план и заглушился, потому что в ординаторскую вошёл кто-то и громко захлопнул за собой дверь, таким образом дослушать мне ничего и не удалось. Когда этот человек, что нарушил мой покой обошёл шкаф, я увидел угрюмого и недовольного Бернарда Майерса, это был высокий и худощавый молодой человек, он был по статусу ниже чем я, он был лишь стажёром, но взгляд его был чернее тучи и весьма серьёзный, словно он был каким-то членом правительства, что приехал проводить к нам проверку, которая должна была окончиться не самыми лучшими последствиями, судя по его угрюмому взгляду. Так я думал ранее, пока не понял, что это обычный его вид. Так уж сложилось, что он был таким всегда и приехал он к нам с самого северного штата Америки из Аляски, не имею понятия что он забыл в наших западных краях, но видимо Колумбус ему так понравился, что он решил ради этого оставить свой штат и поехал учиться сюда. Кстати, его внешний угрюмый вид не всегда говорил о его истинном настроении, этот человек мог ходить с лицом, словно убили его мать, а стоило начать с ним говорить, как он по голосу становился резко дружелюбным, а порой даже и смеялся, таков уж контраст его эмоций, это всегда меня поражало в нём.

– Здравствуйте, мистер Корнуэлл, – весьма и весьма спокойно и даже отчасти добро поприветствовал меня Бернард и протянул руку для рукопожатия, чем я ответил ему таким же жестом и пожал его руку.

– Приветствую, Бернард, скажи мне, ваш пациент с доктором Джейн пойдёт сегодня на операцию? Она просила меня помочь сегодня? – повернувшись в пол оборота задал вопрос я, обратив свой взор на Бернарда, который в этот момент уже сел за свой стол, который стоял прямо позади от меня.

– Да, мистер Корнуэлл, сегодня в первую смену операция будет, пациент идёт, – более сухо, но всё же спокойно и добро ответил он, также смотря на меня в пол оборота.

– Что же, прекрасно, в таком случае предупреди меня, когда пациента подадут, я подойду. – ответил я с лёгкой улыбкой, смотря на него, а он же в свою очередь просто кивнул мне головой, давая понять, что понял и предупредит. В этом плане этот парень был весьма ответственен и очень трудолюбив, он работал с доктором Лея Джейн, она была тоже молода, практически как я, но всё же на пять лет меня старше и имела больше опыта, благодаря тому что уже окончила аспирантуру и даже защитила кандидатскую, Лея нравилась мне как врач, в том плане что когда я только пришёл сюда работать, она одна из немногих кто чаще всего звал меня с собой на операции и даже давала самостоятельно выполнять какие-то манипуляции, чтобы на практике закрепить изученное. И в этот раз она позвала меня оперировать пациента с остеомиелитом, у которого был весьма обширный участок поражение, который затрагивал как правую половину тела нижней челюсти, угол и даже частично ветвь, нам предстояло произвести ревизию патологических очагов и удалить сформировавшиеся секвестры, обычно такие операции считаются у нас, да и во всей хирургии “грязными” и их проводят в самые последние смены, после всех “чистых” операций, но сегодня было весьма мало операций и одна из операционных была полностью свободной, поэтому нам так повезло. Хотя, повезло всё же больше Лея и Бернарду, я мог бы оперировать и даже поздней ночью, в виду своего дежурства.