Если он хочет, он может знать умы других существ, других личностей, направив на них свой собственный ум. Он различает ум со страстью как ум со страстью, а ум без страсти как ум без страсти. Он различает ум с отвращением как ум с отвращением, а ум без отвращения, как ум без отвращения. Он различает ум с невежеством как ум с невежеством, а ум без невежества, как ум без невежества. Он различает суженный ум как суженный ум, расширенный ум, как расширенный ум. Он различает увеличенный ум как увеличенный ум, а не-увеличенный ум как не-увеличенный ум. Он различает сильный ум [который ещё не достиг наивысшего уровня] как сильный ум, и непревзойдённый в силе ум как непревзойдённый в силе ум. Он различает сосредоточенный ум как сосредоточенный ум, а не-сосредоточенный ум как не-сосредоточенный ум. Он различает освобождённый ум как освобождённый ум, а не-освобождённый ум как не-освобождённый ум. Он может засвидетельствовать такие способности сам, как только представится возможность.

Если он хочет, он может вспомнить многочисленные прошлые жизни: одну жизнь, две жизни, три жизни, четыре, пять, десять, двадцать, тридцать, сорок, пятьдесят, сто, тысячу, сто тысяч, многие кальпы свёртывания вселенной, многие кальпы развёртывания вселенной, [вспоминая]: «Там у меня было такое-то имя, я жил в таком-то роду, имел такую-то внешность. Таковой была моя пища, таковым было моё переживание удовольствия и боли, таковым был конец моей жизни. Умерев в той жизни, я появился здесь». Так он вспоминает многочисленные прошлые жизни в подробностях и деталях. Он может засвидетельствовать такую способность сам, как только представится возможность.

Если он хочет, он видит за счёт божественного глаза, очищенного и превосходящего человеческий, смерть и перерождение существ, он различает низших и великих, красивых и уродливых, счастливых и несчастных, в соответствии с их каммой: «Эти существа, что имели дурное поведение телом, речью и умом, оскорблявшие благородных, придерживавшиеся неправильных воззрений и действовавших под влиянием неправильных воззрений, с распадом тела, после смерти, рождаются в мире лишений, в плохих местах, в низших мирах, в аду. Но эти существа, что имели хорошее поведение телом, речью и умом, не оскорблявшие благородных, придерживавшиеся правильных воззрений и действовавших под влиянием правильных воззрений, с распадом тела, после смерти, рождаются приятных местах, в небесных мирах.» Так, посредством божественного глаза, очищенного и превосходящего человеческий, он видит смерть и перерождение существ, он различает низших и великих, красивых и уродливых, счастливых и несчастных, в соответствии с их каммой. Он может засвидетельствовать такую способность сам, как только представится возможность.

Если он хочет, то за счёт прекращения умственных загрязнений, он пребывает в состоянии освобождённого ума, свободный от загрязнений, и освобождённый мудростью, зная и проявляя эти состояния самостоятельно, прямо здесь и сейчас. Он может засвидетельствовать такую способность сам, как только представится возможность».

IV. Книга четырёх

АН 4.111

Кеси сутта: К коневоду Кеси

^{Редакция перевода: 09.06.2010}

^{Перевод с английского: SV}

^{источник: www.accesstoinsight.org}

«Тогда коневод Кеси отправился к Благословенному и, по прибытии, поклонившись ему, сел рядом. Затем Благословенный обратился к нему: «Кеси, ты обученный человек, тренируешь приручаемых лошадей. А как ты тренируешь приручаемую лошадь?»

«Господин, я тренирую приручаемую лошадь [иногда] с мягкостью, [иногда] с жёсткостью, [иногда] и с мягкостью и жёсткостью».

«А если приручаемая лошадь не поддаётся ни мягкой тренировке, ни жёсткой тренировке, ни мягкой и жёсткой тренировке, что ты тогда делаешь?»

«Если приручаемая лошадь не поддаётся ни мягкой тренировке, ни жёсткой тренировке, ни мягкой и жёсткой тренировке, Господин, то тогда я убиваю её. Почему? Пусть это не будет позором для линии моих учителей. Но Благословенный — непревзойдённый учитель приручаемых людей. Как он обучает приручаемых людей?»

«Кеси, я обучаю приручаемого человека [иногда] с мягкостью, [иногда] с жёсткостью, [иногда] и с мягкостью и с жёсткостью.

Используя мягкость, [я обучаю так]: «Таково правильное поведение телом. Таковы результаты правильного поведения телом. Таково правильное поведение речью. Таковы результаты правильного поведения речью. Таково правильное поведение умом. Таковы результаты правильного поведения умом. Таковы дэвы. Таковы люди».

Используя жёсткость, [я обучаю так]: «Таково неправильное поведение телом. Таковы результаты неправильного поведения телом. Таково неправильное поведение речью. Таковы результаты неправильного поведения речью. Таково неправильное поведение умом. Таковы результаты неправильного поведения умом. Таков ад. Таков животный мир. Таков мир голодных духов».