Читаем Английская свадьба полностью

Мы с друзьями рассаживаемся вокруг стола, кто-то заказывает пива на всех, и наша компания дружно принимается разгадывать кроссворд. Причем, как выясняется, я никогда в жизни не смогла бы сделать этого сама — у английских кроссвордов другие правила. То есть выглядят они так же, как русские, только в ячейки, выстроенные в ряд, вписывать можно не одно слово, как у нас, а целых несколько. И можно использовать не только буквы, но и, например, римские цифры: в вопросе про короля Георга Пятого наши приятели под моим изумленным взглядом так и написали без пропусков: George V. И оказалось, что разгадывать кроссворды может быть очень веселым занятием — если делать это вот так, под пиво, и всем вместе.

А вечером мы с Джеймсом решили посмотреть на парусники, приплывшие со всего света в городок Фалмут на фестиваль. Для него в большом работающем порту огородили проход к причалу, и по этому проходу в обоих направлениях идет огромная толпа людей. Проход местами узкий, и вот я наблюдаю, как англичане с этим справляются. Во-первых, чуть ли не половина толпы — старики, калеки в инвалидных креслах и дети в колясках. Никто не пытается их обогнать, наоборот, все уступают им дорогу, и из-за этого скорость движения всех вместе близка к скорости передвижения самого медленного участника толпы. Во-вторых, постоянно возникают пробки в самых узких местах прохода, там, где в России легко просочились бы одновременно человека три-четыре: англичане не могут просто так нарушить правила приличия и идти близко друг к другу в двух разных направлениях. И вот одна часть толпы, пробирающаяся вперед, замирает, чтобы пропустить другую, движущуюся назад. А некоторое время спустя — наоборот. И никому в голову не приходит, что можно, чуть потеснившись, двигаться всем одновременно. Я поначалу нервничаю, а потом расслабляюсь — подумаешь, на полчаса позже попадем к месту назначения. А из местных и вообще никто не переживает: они общаются, беседуют, одаривают друг друга вежливыми улыбками, и, заметьте, никто не толкается! При этом нам с Джеймсом все время на пятки наступают два русских мужичка — явно с одного из кораблей, — которые страшно возмущаются тупостью англичан, подпихивают нас вперед и имеют крайне озабоченный и расстроенный вид, по которому я здесь часто узнаю соотечественников.

Фестиваль оказался отличным: с парадом матросов, живой музыкой в разных концах городка, художественными рынками, едой и пивом на каждом углу. Самым же замечательным был момент, когда вся вереница парусников вдруг снялась с места и неспешно друг за другом поплыла вдоль берегов. А вокруг больших и красивых судов под полными парусами бестолково толкались сотни крошечных яхточек, моторок, лодок и всяких других плавучих штуковин — просто какой-то час пик на море! И было трудно понять, как они все там не сталкиваются друг с дружкой.

Понравилась мне еще одна деталь: в небольшом городке Фалмуте по этому фестивальному поводу высадилась примерно тридцатитысячная толпа. Когда же она рассеялась, в городе нигде не осталось брошенных бутылок, целлофановых пакетов и окурков и не появилось вытоптанных газонов или поломанных лавок — будто и не было здесь накануне всех этих людей…

И вот, довольные и уставшие, едем мы с Джеймсом домой по небольшой дороге. На ней — «лежачие полицейские» (по-английски их зовут «спящими»). Я недоумеваю, зачем они тут: слева лес, справа почти сразу начинается залив, никаких деревень или даже пешеходных троп поблизости. Потом у дороги вижу знак «Осторожно: утки и лебеди!», и все становится ясно.