Читаем Ангелы Ада полностью

Ангелы никогда не устраивали генерального сражения с силами закона и порядка, но они нападали на копов-одиночек или на группы в три или четыре человека так часто, что полиция в большинстве городов либо обращается с ними вежливо, либо противостоит им настолько рьяно, насколько это только возможно. «Отверженные» не разделяют уважения среднего класса к власти и не делают никаких реверансов перед полицейским «значком». Они оценивают власть копа по той силе, которую тот может пустить в ход. В некоторых рассказах о настоящем скандале в Холлистере, в 1947-м, повествуется о том, как местные полицейские были заперты в своей собственной тюрьме буйствовавшими мотоциклистами, которые тогда «захватили город». Тот единственный Ангел Ада, оставшийся сейчас «на колесах», который лично присутствовал в Холлистере, развенчивает большую часть легенд, которые как грибы после дождя появляются о байкерах на протяжении всех этих лет. «Мы просто там гуляли, – объясняет он. – И не делали ничего такого, не гасили обывателей, вообще ничего в этом роде… Конечно, мы изрядно пошумели, да налетели на каких-то людей, которые стали швырять в нас камнями. Когда легавые стали возбухать, мы засунули парочку из них в мусорные баки, а поверх водрузили их собственные мотоциклы, вот и все».

В 1948-м, год спустя после гулянки в Холлистере, около тысячи мотоциклистов устроили вечеринку в Риверсайде, рядом с Лос-Анджелесом. Они устраивали гонки по улицам, швыряли шутихи в копов и делали все, чтобы напустить побольше страха на обывателей. Одна раздухарившаяся компания остановила в середине города машину офицера ВВС. Когда летчик начал истошно сигналить, мотоциклисты прыгнули на капот его машины, помяли его, разбили все стекла, отдубасили водителя и облапали его похолодевшую от ужаса жену, а перед тем как милостиво позволить им убраться восвояси, строго предупредили – никогда не гудеть на пешеходов. Шериф Кэри Райберн припер к стенке одну компанию оккупантов и приказал им убираться из города, но те презрительно дали ему пинка под зад, сорвали с него значок и порвали форму. Когда шериф сподобился вызвать подкрепление, «отверженных» и след простыл.

Задолго до наступления эры заключения договоров о взаимопомощи между соседними полицейскими подразделениями у находившихся в зачаточном состоянии банд «дикарей» было достаточно здравого смысла, чтобы не драться на полном серьезе с вооруженными копами. Даже сейчас они лишь подразнят полицию, если станет очевидно, что со стороны представителей закона требуется выдержка и еще раз выдержка: бунт в самом разгаре, гвалт перед телевизионными камерами или любое противостояние двух сил, которое привлекает внимание любопытной толпы и совершенно исключает возможность перестрелки.* Из-за всего вышеперечисленного тусовка Ангелов Ада, отправляющаяся в пробег в сторону курортного района, – чудовищное событие для местных копов, которым предстоит с ними разбираться. Трюк состоит в том, чтобы контролировать их без провокаций, и вся заковыка заключается в том, что «отверженных» очень легко спровоцировать. Как только демонстрация силы выходит из-под контроля, не избежать травм, омерзительного паблисити, а любой коп, который потеряет голову и предпримет экстремальные меры (такие, как пальба в общей свалке) и в результате случайно подстрелит невинного человека, рискнет запятнать свою карьеру объявлением дисциплинарного взыскания.

*В августе 1966 трое Ангелов попали за решетку за нападение на полицию, которая сорвала поминки по одному из Ангелов в южном Сан-Франциско. «Вашему поведению нет оправдания, – заявил судья У.Говард Хартли, зачитывающий приговор. – Такое поведение, в духе „бей копов“, не может оставаться безнаказанным. Вы действовали как паразиты. Вы не выказали никакого уважения к обществу или к самим себе. Ваше враждебное отношение к закону лежит за пределами человеческого понимания». И трое Ангелов были признаны виновными в соответствии с новым законом, расценивавшим содеянное ими как тяжкое уголовное преступление, а именно: нанесение тяжких телесных повреждений офицеру полиции при исполнении им служебных обязанностей… Так что, вместо того чтобы понести наказание за такой мелкий проступок, как сопротивление при аресте, они сами себя подставили под новые и более жестокие приговоры. Один из Ангелов, Лью Роузберри из Хэйуорда, двадцати двух лет, получил год тюрьмы и пять лет условно. К Рэю Хатчинсу, которому также исполнилось двадцать два, было проявлено снисхождение из-за его почетного увольнения из ВВС. Он получил только шесть месяцев тюрьмы и три года условно. Двадцатидвухлетний Кен Крэйк встретил свой приговор в качестве бывшего скаута-следопыта и отделался девяноста днями тюремного заключения.