Читаем Ангельское личико полностью

— Я предпочитаю постоять, — сказала Марионетта. Она отодвинула атласные занавески в сторону и выглянула на улицу. Люди со сосредоточенными лицами торопились за покупками и думали, скорее всего, о разных пустяках: из чего приготовить сегодня жаркое, нельзя ли купить нейлоновые чулки дешевле на рынке на Руперт-стрит. «Как же им повезло, — подумала девушка, — у них такая спокойная, тихая жизнь». Неожиданно она отчаянно им позавидовала. Теперь Марионетта была уверена, что ей спокойная жизнь не светит.

Аттилио Моруцци подошел и встал рядом.

— Замечательно, правда?

Она непонимающе взглянула на мужчину.

— Сохо, — просто добавил он.

— А какая вам разница? — с горечью спросила она. — Ведь это вы и люди, подобные вам, все здесь испортили, превратили в помойку. Я знаю, чем вы занимаетесь, синьор Моруцци. У меня брат полицейский.

К ее удивлению, он расхохотался.

— Антонио? Я все про него знаю, милочка. — Марионетта еще раз бросила удивленный взгляд. — Боюсь, он не придет к вам на выручку.

— Разве меня надо выручать?

— Разумеется, нет. Я шучу. Но вы не правы насчет меня и Сохо, — заговорил Аттилио серьезно. На мгновение ей показалось, будто под этой скользкой внешностью она разглядела что-то человеческое. — Я обожаю это место. Я здесь вырос. Знаю каждый дюйм, как и вы, Марионетта. Мы не так уж отличаемся. Оба родом с Сицилии, оба любим Сохо. У нас много общего.

Она с отвращением отодвинулась.

— Не согласна. У нас нет ничего общего, signor. И, если вы хотите, чтобы я на вас работала, выбросьте эту мысль из головы. Ваш брат уже предлагал мне работу, и я сказала ему, что думаю о вашем… заведении! — Она сделала ударение на последнем слове, удивленная своей смелостью. Но что ей терять? Собственный отец ее предал, заставил прийти сюда, унизил ее перед этим гангстером.

Мужчина подошел поближе и легко коснулся рукой ее лица. Она почему-то удивилась мягкости этого прикосновения.

— Я совсем этого не хочу, — произнес очень тихо Аттилио. Он повернул ее лицо, заставив смотреть на себя. Взгляд у него был далеко недобрый.

Марионетта оказалась в западне, за спиной — окно, перед ней — Аттилио Моруцци, путь к спасению закрыт. Сердце девушки билось так сильно, что она была уверена, он услышит ее стук.

— Не надо бояться, — сказал мужчина. — Ты как маленькая пташка в ловушке… Я не сделаю тебе ничего плохого, Марионетта. Я считаю тебя очень красивой молодой женщиной. — Лицо его находилось совсем близко.

Она замерла. Ведь не собирается же он поцеловать ее? Но Моруцци неожиданно отошел и быстро направился в другой конец комнаты к бару.

— Мне нравится твой характер, твое мужество. — Его голос эхом отдавался в пустой комнате. Он уже подошел к бару и налил себе виски. — Не стану скрывать, мне нравится и твоя внешность. То, что тот паренек в кафе сказал… насчет твоих ног, он абсолютно прав. Приодеть тебя, и ты бы выглядела потрясающе. — Он посмотрел на нее через комнату и сделал глоток виски. — Я бы с удовольствием купил тебе красивые платья. По сути, я купил бы тебе все, что ты пожелаешь.

Потрясенная Марионетта молча дрожала.

— Ты слышишь меня, Марионетта? Я говорю, что хочу, чтобы ты была моей женщиной. Моей fidanzata.[16] — Он облокотился о стойку, с удовольствием разглядывая ее фигуру, хорошо видную на фоне окна.

Девушка будто онемела.

— Ну, что ты скажешь?

Марионетта немного отодвинулась от окна и посмотрела сначала на Аттилио Моруцци, а потом на дверь.

— Никогда, — был ее ответ.

Он поднял брови. Улыбка исчезла с лица.

— Предлагаю тебе как следует подумать над моим предложением, — проговорил Аттилио, не отводя от нее глаз. — Я не хочу на тебя давить, Марионетта, но твоя маленькая подружка Сильвия, она ведь у меня работает. Мне кажется, ей очень важны эти деньги. Ты поняла, о чем я?

Она не могла поверить, что все это происходит наяву. Его слова звучали до смешного напыщенно, — так говорил Джеймс Кагни в одном из многочисленных гангстерских фильмов, которые она видела в «Одеоне» с Сильвией. Но сейчас не разыгрывается на экране сюжет из жизни чикагского гангстера. Это — реальность. Это Лондон, Англия, и человек, произнесший эти слова, вовсе не персонаж, а живой — из плоти и крови. Но Марионетта уже могла рассуждать здраво. «Возможно, Аттилио Моруцци мошенник и дурной человек, — подумала она, — но он действительно не может навредить ей, ее семье или Сильвии. Его вышлют из страны, если он наделает глупостей…»

Девушка взглянула в холодное лицо мужчины и приняла решение.

— Я поняла все, что вы мне сказали, синьор Моруцци, — резюмировала она. — И теперь хотела бы все забыть. Так что, с вашего позволения, я пойду домой. Если, конечно, вы не собираетесь держать меня здесь силой. — С бьющимся сердцем она прошла через комнату к выходу, но старалась казаться спокойной.

Аттилио не остановил ее. Он просто смотрел, как она уходит, задумчиво держа в руках стакан с виски.