Читаем Ангел (ЛП) полностью

Девушка искоса посмотрела на Харрисона.

- Например?

Сюзанна пожала плечами.

- Ну не знаю, Нора Сатерлин?

Харрисон прижал руку к груди.

- Боже, Нора. Да успокоится мое сердце. Да успокоится мой пах.

- Горячая штучка, да?

Харрисон перевел расширившиеся глаза на нее и медленно кивнул.

- Ты фанат? - спросила Сюзанна.

Он снова кивнул.

- Отец Стернс тоже фанат?

Харрисон закатил глаза.

- Он мужчина и гетеросексуален. Я бы забеспокоился, если бы он не был ее фанатом.

Сюзанна сорвала одуванчик и провела цветком по нижней губе. Флиртовать с подростком, чтобы получить ответы? Как низко она могла пасть?

- Думаешь, они вместе?

Харрисон покачал головой.

- Ни в коем случае. Зачем ему быть священником, получая гроши и заботясь о таких лузерах, как мы, если бы она могла ждать его дома? Кроме того, - сказал Харрисон, понизив голос до шепота.

Тем временем на поле Отец Стернс остановил очередную попытку удара по воротам. Подростки в его команде уже выглядели уставшими и измученными от жажды. А у него едва проступил пот.

- Кроме того, что?

- Я думаю, Норе нравятся мужчины помоложе.

Сюзанна подняла бровь.

- Есть какие-нибудь доказательства? Или просто выдаешь желаемое за действительное?

Боже, теперь она говорила как отец Стернс.

- Ну я не один, кто рассказывает сплетни в школе, -  начал Харрисон. - Но есть один парень в церкви – суицидник Майк.

Руки Сюзанны похолодели при упоминании о самоубийстве. Но она продолжала сохранять нейтральное выражение лица.

- Суицидник Майк?

- Ага. Это ужасно. Я никогда не называл его так, - сказал он, хотя только что назвал. - Микаэль Димир.

- Мальчик, который пытался покончить жизнь самоубийством в святилище?

- Тот самый, - сказал он, кивая. - Вот в чем все дело в Суицид... в Микаэле. Микаэль, он как стекло, хрупкий. Ребенок, который боится собственной тени. Почти не разговаривает. Ты с ним поздороваешься, а ему нужна вечность, чтобы ответить хоть что-то.

Все внутри ухнуло вниз. Брошенный? Расстроенный? Постоянно начеку? Микаэль казался классической жертвой насилия. Но откуда началось это насилие? Дома? Или в церкви?

- Ну и что? - продолжила Сюзанна, словно нехотя, но нуждаясь в дальнейшей информации.

- А Нора немножко из тех, кто может запугать. Знаменитая, богатая, красивая... кажется, если бы она сказала ему привет, то он умер бы там на месте. Но нет. Я сидел рядом две недели назад, в воскресенье утром, подглядывая за Норой как обычно. И вот она смотрит на Микаэля и подмигивает ему. Я подумал: "Вот дерьмо, срочно звоните 911, Майк сейчас получит сердечный приступ. Но нет, угадай, что он сделал?

- Что?

- Он показал ей язык, как будто они были старыми приятелями или чем-то в этом роде. Она высунула язык ему в ответ, и температура в святилище взлетела вверх на двадцать градусов от жары, с которой они трахали друг друга взглядами.

Сюзанна ничего не могла ответить сначала. Отец Стернс, казалось, защищал ее и Микаэля Димира. Если он выступал в качестве духовника их обоих, то, несомненно, знал, если бы у тридцать-с-чем-то-летней писательницы был роман с мальчиком-подростком. Они с Харрисом наблюдали за игрой в течение нескольких минут в тишине. Или почти в тишине. Несмотря на то, что тот был вне игры, Харрисон не удержался от того, чтобы выкрикивать советы или поощрения собственной команде.

Она немного знала о футболе, но могла сказать, что Отец Стернс  дирижировал всем на поле. Его команда отвечала на каждый приказ, как  хорошо обученные солдаты. Мужчина казался неутомимым, бегая туда-сюда по полю с ловкостью длинноногого ягуара.

- Боже, как он хорош, - сказала она, когда мужчина вклинился между двумя игроками и забил гол с центральной линии.

- Конечно, он хорош, - сказал Харрисон, снимая лед и растирая внутреннюю часть бедра. - Он сто пятидесятипроцентный чистый европеец. Получил ген футбола с обеих сторон.

- Как кто-то может быть сто пятидесятипроцентным европейцем? - спросила Сюзанна, вспоминая, как мало знает о прошлом священника.

- Его отец британец, вернее был британцем. Теперь мертв. Мать датчанка. И он ходил в семинарию в Италии.

Мать датчанка? Это могло бы объяснить цвет волос и глаз. И надписи на книгах и на фото – наверное, были на датском.

- Я думала, его мать была из Нью-Хэмпшира.

Харрисон усмехнулся.

- Вот это, - сказал он, указывая на Отца Стернса, - кажется вам американским?

- Нет, - призналась она.

Он казался ей захватывающим - мужественный и красивый и невероятно привлекательный. Но не американец.

- Европейские гены – полагаю, вот поэтому он ваш лучший игрок.

- Второй из лучших.

- Второй? Дай угадаю - ты лучший.

Харрисон покачал головой.

- Нет. К нам иногда приходит и играет родственник Отца С. Он даже лучше. Но не говори Отцу С об этом, они постоянно соперничают друг с другом.

Сюзанна нахмурила брови. Она знала, что у Отца Стернса была сестра, но старшая сестра, Элизабет, не жила в Коннектикуте.

- Шурин? Одна из его сестер была замужем…

Харрисон покачал головой.

- Отец С был женат.

Сердце встрепенулось в ее груди.

- Отец Стернс был женат?