Читаем Ангел-хранитель полностью

– Вот именно, – мягко прервал ее Петрусенко. – Если несчастный случай не вызывает сомнений, к чему полиция? Они обязаны будут начать специальное расследование, а это хлопоты, суета, волокита. И огласка, разговоры… Вы себе даже не представляете, какие испытания ждут вас от чиновничьей мелочной дотошности! А я все это отлично знаю. Вот и решил, когда Вадим собрался к вам ехать: если я здесь формально побываю, а потом доложу в полицейскую управу – для них моего свидетельства будет достаточно.

Улыбка у Петрусенко была такая понимающая, добродушная и располагающая! Не улыбнуться в ответ казалось невозможным.

«А ведь это выход! – подумала Тамила Борисовна. – Профессиональный следователь из сыскного управления – кто станет сомневаться в его выводах, что-то после него перепроверять? А он, похоже, готов принять наш рассказ о случившемся безоговорочно. Да и как иначе: его сына здесь встретили приветливо, с князем он подружился. Отцу небось обо всем с восторгом рассказывал. Так что мнение у того уже сложилось… Отлично!»

– Как любезно с вашей стороны! Ведь вы, как я понимаю, здесь на отдыхе? – Голос у хозяйки уже приобрел грудные, воркующие нотки. – Я покажу вам все, что нужно.

– О нет, сударыня! Я не окажусь таким невежей. Нас проводит вот хотя бы Саша. Иди-ка сюда!

Мальчик все время вежливо стоял в стороне, не подходя к взрослым. Но на зов отца мгновенно подскочил.

В это время, громко распахнув двери, на крыльце появился господин Коробов. Застегивая сюртук, он быстро спускался к ним.

– У Георгия Васильевича была сильная мигрень, – оглянувшись, объяснила Коробова. – Он так близко к сердцу принял происшедшее…

И это была правда. Ее муж по-настоящему испугался, узнав о гибели Степана.

– Если ты затевала это дело, надо было сто раз все продумать! – кричал он шепотом у нее в кабинете, хватаясь то за сердце, то за голову. – А теперь полиция начнет ко всему присматриваться, цепляться, вынюхивать! А вдруг докопаются еще до того!..

Лицо у него перекосило от страха. Тамила Борисовна с презрением подумала, что муж у нее труслив и слабохарактерен. Но это все же был ее муж, ее единомышленник во всем, хотя в детали своих планов ни раньше, ни теперь она его не посвящала.

– Замолчи! – прикрикнула она на него сегодня утром. – Никто и не станет вызывать полицию.

– Но как же? Ведь случай смерти не скрыть! Знают слуги, у парня небось есть родители, родня…

– Он разбился случайно, по собственной неосторожности. В этом вряд ли кто-то усомнится. – Коробова говорила уже спокойно, рассудительно, чувствуя, что ее доводы успокаивают мужа. – Не будем акцентировать время, когда это случилось. Он ведь нанимался к нам садовником? Вот и разбился в саду – работал, оступился, упал, сильно ударился… Заплатим его родным приличное вознаграждение, пусть они хоронят парня, а потом сами сообщим в полицию: так, мол, и так – разбился на работе в саду. Зачем полиция станет вникать в несчастный случай со слугой?

Ей тогда придуманный вариант действий казался вполне убедительным. И все же, все же… Но вот появился этот родственник Бородина – сыщик в отпуске. Наверное, это и вправду удача. Только бы муж не выдал своего испуга, услыхав слово «полиция»!

И она заговорила сразу, как только муж подошел и поздоровался с Бородиным.

– Дорогой, Викентий Павлович Петрусенко – отец нашего милого Саши, родственник Вадима Илларионовича. Он служит в сыскном управлении, а сейчас здесь на отдыхе. Любезно предложил свою помощь – сообщить в полицию, уладить все формальности.

– Совершенно точно! – подтвердил Викентий Павлович, знакомясь с Коробовым, пожимая тому руку и стараясь быстро составить мнение о хозяине. Высокий, стройный, энергичный – выглядит моложе своих лет, хотя ему наверняка хорошо за пятьдесят. В молодости был красавец, но и сейчас хорош: четкий профиль, загорелое лицо, густые волосы с благородной сединой… А вот рисунок рта красивый, но капризный, и подбородок вяловат. Постоянно посматривает на жену, словно ищет поддержки или подсказки. Что ж, все ясно как будто…

Тамила Борисовна была довольна: муж сумел взять себя в руки, держался отлично.

– Жаль парня, – сказал он Бородину и Петрусенко. – Мы, конечно, поможем его родным, дадим денег. Но он сам оказался неосторожным.

– Я бы хотел взглянуть на него, – попросил Бородин.

– Но он мертв! – удивилась Коробова. – Зачем?

– Да затем, дорогая соседка, чтоб к вам из полицейской управы не прислали судебного медика. Насильственную смерть, даже если она случайна, положено освидетельствовать.

– Совершенно верно, – успокоил хозяйку Петрусенко. – Вадим Илларионович – военный врач высшей квалификации, даст свое заключение о причине смерти, и никто вас больше тревожить не станет.

Коробова быстро все поняла.

– Что ж, спасибо большое, господа, – сказала с благодарностью. – Вы и правда спасаете нас от лишней нервотрепки да кривотолков… Варфоломей, проводи господина доктора к сараю, где лежит Степан.