Читаем Ангел-искуситель полностью

Вернувшись на кухню, я увидела, что он уже раскладывает картошку по тарелкам. Вытащив из холодильника овощи, масло и мясо, я сказала, как бы между прочим: – Слушай, родители на следующие выходные в гости зовут…

– Да? – сказал он, поворачиваясь ко мне и прищуриваясь. – Что, оказалось, что я на них не совсем уж такое плохое впечатление произвел?

– Если мы к ним поедем, – ответила я, пристально глядя ему прямо в глаза, – то мы поедем мириться, а не ссориться. Пока тебя не было…

– Да? – повторил он, но совсем другим тоном.

– Пока тебя не было, – продолжила я, делая вид, что не слышала его вопроса, – она мне звонила. И … она мне очень помогла. Очень неожиданно и поэтому очень … ощутимо. И потом – она сказала мне, что они больше не будут вмешиваться в мою жизнь.

– Да? – повторил он опять – опять другим тоном.

– Да, – на сей раз ответила я. – Так что давай поедем к ним знакомиться – по-настоящему. А если они вредничать начнут, – спохватилась я, сделавшись на мгновенье суеверной, – я сама с ними разбираться буду. Люди – мои, помнишь?

– Ну, здесь бы я предпочел разделение труда по гендерному принципу: ты с мамой разговаривай, а папу мне оставь. – Он одарил меня чарующей улыбкой.

Я похолодела. Если он отца окатит той же волной бьющей через край силы, как тех пьяных мальчишек во дворе, а отец ответит ему тем же? Это, что, нам с матерью цунами потом разгребать?

– Посмотрим, – уклончиво ответила я. До выходных я что-нибудь придумаю.

– А когда поедем-то? – оживленно поинтересовался он, явно предвкушая «гендерное общение».

– В воскресенье, – ответила я, внимательно наблюдая за ним.

– Отлично! – Он даже руки потер. – А в субботу что? Может, куда на природу выберемся?

На природу, говоришь? У меня мелькнула еще одна мысль… Что-то их столько за последние два дня намелькало – и все блестящие; явно мозг в аварийном режиме работает. Лишь бы только не сорвался – а то вот смеху будет: его исчезновение выдержала, а от его возвращения с ума сошла. Так, сегодня больше никаких обсуждений!

– А может, к Светке съездим? – небрежно бросила я. Вот пусть в субботу на моих девчонках пыл собьет, тогда в воскресенье у него меньше сил самоутверждаться будет. – Знаешь, за одни выходные со всеми визитами разделаемся. – Он молча смотрел на меня. – А то я уже давно обещала, что встретимся, да вот все как-то не получалось… – закончила я слегка нервно.

– Только к Свете? – вдруг спросил он.

Похоже, Марину он не очень рвется снова увидеть. Сейчас проверим…

– Ну, не знаю, может, и Марина сможет подъехать…

Он поморщился … и вдруг чихнул. Правда – не хочет. Я приободрилась.

– Так, что, я позвоню? Это – две минуты, – сказала я.

– А есть мы сегодня будем или как? – рявкнул он и опять чихнул.

Опять правда – есть хочется. Но это же быстро…

– Ты чай наливай, а я только узнаю, не возражает ли она, и – ровно через две минуты – вернусь, ладно?

Он буркнул что-то, и я сбежала из кухни.

Светка не возражала. Она не возражала с полным восторгом. Как от своего имени, так и от имени Марины. Она тут же заявила, что сама созвонится с Мариной, и они будут ждать нас в субботу – о времени договоримся чуть ближе к выходным.

Я вернулась на кухню ровно через две минуты (я по часам следила – вот же, до чего меня довел!) и метнулась к столу.

Отвоевав у него две встречи с близкими мне людьми, я не стала приставать к нему с предложением попробовать мясо. Ничего – у меня теперь вся жизнь впереди.

К концу ужина он поднял чашку с чаем.

– Слушай, так что с этим кодом делать? – спросил он меня с умиротворенно-влажным блеском в глазах.

А, то-то же! Вспомнил, наконец, кто у нас умеет проблемы решать, даже когда не знает, как их решать! Я прищурилась, думая, с какого предложения начинать…

Он опять чихнул.

Да я сама знаю, что это – чистейшая правда, что у меня воображение лучше, чем у него, работает! И вдруг я нахмурилась. С чего это он расчихался?

– Нет уж, – решительно заявила я, – хватит на сегодня разговоров. Сейчас тебе чаю горячего и быстро в кровать.

– Договорились, – быстро согласился он, и херувимчики в глазах его распрыгались просто в неприлично бурном ликовании.

Последнее, о чем я с облегчением подумала в тот день – следующая неделя будет, по всей видимости, существенно отличаться от предыдущей.

Глава 2. Заслуженная передышка

Не могу не признать, что у людей есть все же некоторое, определенное понятие о смысле жизни, раз уж в голове одного из них родилась мысль о том, что чем больше мы знаем, тем больше непознанного остается вокруг нас.