– О! Сударыня шутить изволят? – гримасничал я. – Или желают тонко поиздеваться? Но что будет, если полетит? Или ты уверена, что нет? Согласна заключить пари? И поставить на кон что-нибудь ценное?

Всё так же ухмыляясь, она окинула меня насмешливым взглядом:

– А что у тебя есть ценного для спора?

Это она меня чётко поддела. Ничего у меня в карманах, кроме ключей от грузовика боярина Градова, не было. Значит, следовало свести всё в шутку юмора, что я и попытался сделать:

– Материальный аспект пари меня не интересует, как и тебя, верно? Поэтому поступим проще: если я выигрываю спор, то целую тебя как угодно долго и страстно. А вот если ты выигрываешь, то уже сама тогда целуешь меня, как тебе нравится. – После чего, выждав смехотворную паузу, деловито воскликнул: – Договорились!

– Не наглей! – прикрикнула на меня княжна. – И как-то соразмеряй свои желания с действительностью.

– И то верно! – легко соглашался я, выбирая нужный лист с соответствующими длинами сторон. – Нашёл на что спорить. Мы ведь и так супруги, и поцелуи для нас – обыденность. Или ты боишься проиграть?

Найкисса задумалась, внимательно продолжая следить за моими руками.

– Да не боюсь… А вот почему-то уверена, что проиграю… Имеется предвидение, что ты устроишь какой-то фокус и всё равно выиграешь.

– Тогда спорим наоборот: если моя победа, то ты меня целуешь…

– …И загадываю два желания, кои ты исполнишь! – неожиданно закончила она вместо меня, доказывая, что и сама умеет пошутить с подначкой.

– Не-е-е, так нечестно! – стал возмущаться я, одновременно с этим складывая из бумаги несложный самолётик. – С такой хитрюгой спорить – так можно и без штанов остаться. Последних… Вот… И здесь вот так загнём!.. Теперь ножницы… Это у нас будет называться закрылками… А чтобы они не слишком тормозили полёт, желательно в них пробить аккуратные дырочки… Дырокол для бумаги есть?

То ли здесь такого не существовало вообще, то ли на борту не имелось, но княжна лишь отрицательно замотала головой.

– Ладно. Тогда просто нарежем в закрылках небольшие треугольники… Вот так… Кропотливая работа, не спорю… Хе-хе! Саму модель складывал быстрей… А вот если бы ты мне помогла, получилось бы не в пример быстрей… Жаль, помощи от тебя ждать не приходится. Отказалась стать моим бухгалтером и первой в мире женщиной-лётчицей. Ничего, ничего… Ещё пожалеешь о своём несогласии… Так! Готово! Теперь проведём натурные испытания. На старт! – я отошёл к двери, подняв самолётик к потолку. – От винта! Тр-тр-тр! Поехали!

И подтолкнул самолётик в сторону иллюминатора. Тот метра два сваливался с ускорением вниз, а потом, после набора должной скорости, начал делать «мёртвую петлю». Только вот пространства для завершения фигуры малость не хватило. И уже на выходе из петли самолёт ткнулся носом в пол.

– М-да! – с притворным разочарованием и печалью я поднял модель, рассматривая её и констатируя: – Первый полёт завершился катастрофой. Лётчик погиб. Самолёт разбился и сгорел… Хм! И что теперь будем делать?… Рисковать вторым лётчиком-испытателем?…

Найкисса только теперь вышла из какого-то ступора и устремилась ко мне:

– Но ведь у тебя получилось! Точно получилось! – бесцеремонно вырвала самолётик у меня из рук, примеряя его, вертя на разные стороны. – Это бумажное чудо в самом деле летает! И фигуру почти сделало…

Сама отскочила к двери и запустила самолётик по прежнему маршруту. Вновь фигура высшего пилотажа не получилась, если не хуже всё смотрелось. Зато прорыв в сознании княжны случился однозначно. На её глазах случилось чудо: действо, казавшееся невозможным, свершилось!

И как тут не изменить своё отношение к организатору и виновнику подобного чуда?

Глава 20

Демонстрация

Последующие запуски только ухудшали полётные качества модели, но восторгу девушки, казалось, не будет предела. С неё слетели вся чопорность и высокомерие, и сейчас она напоминала маленького ребёнка, дорвавшегося до интересной игрушки.

Причём сообразительности она не утратила, догадавшись о самом главном:

– Для полёта модели здесь мало пространства! А ведь в салоне его не в пример больше! И там всё получится!

Пока она так с азартом развлекалась, я быстро сделал второй самолётик, но чуточку короче в длину. Испытание прошло выше всяких похвал, если судить по целостности выполнения фигуры высшего пилотажа. Правда, после этого самолётик врезался в переборку. Пришлось опять констатировать фиаско очередного пилота:

– И этот погиб! Потому что слишком радовался, потерял бдительность и врезался в скалу.

И эта игрушка была у меня изъята из рук впечатлённым ребёнком. Теперь княжна, проводя испытания, даже повизгивала от восторга. А когда самолётик, проделав петлю, удачно приземлился на ковёр у самой стенки, я законно похвалил:

– Пилот проявил высшие умения пилотирования и совершил великолепную, мягкую посадку. Герой! Точнее, героиня! Качать пилота!

И руками показал, как надо подбрасывать в воздух подобных героев. Это немножко остудило девушку, но игривость и эмоции из её поведения никуда не делись: