Стараясь краем глаза отслеживать служебный выход из киностудии, не столько город рассматривал, сколько ближайшее окружение. Очень меня интриговало как художника: смогу ли я догадаться о расе людей, основной для данного города. Потому что встречались самые разные виды и типажи. Каждого десятого можно было отнести к азиатам, или к китайцам. Потому что они имели кожу желтоватого цвета. Ну и все остальные признаки соответствовали этому определению. Разве что японцы с корейцами смотрелись миниатюрнее, чем китайцы.

Ещё одну десятую часть смело можно было отождествлять с монголами. Чуть меньше определялись мною как татары. Один на полсотни выглядел как мулат. Примерно столько же попадалось истинных египтян, с иссушенными лицами и резко очерченными носами. Негры тоже просматривались, но крайне редко: один на две-три сотни. Изрядно меня поразило точно такое же количество краснокожих индейцев. Эти-то откуда здесь взялись? Опять-таки, следовало учитывать, что в каких-то районах города могут проживать целые национальные общины тех же негров, к примеру, или китайцев.

Но пока всех остальных людей можно было скопом присоединять к такому понятию, как славянин. Или, если ещё проще, отнеся их к восточно-европейской группе. У девушек лица женственные, мягкие, без чрезмерной воинственности или жёсткости, присущей тем же эллинам, к примеру. Но среди них, как и среди мужчин, просматривались также восточные нордиды и восточно-балтийский расовый тип. Тогда как по телосложению встречались все: мезоморфы, эндоморфы и эктоморфы. То есть особи с пропорциональным телом, «кругленькие или массивные» и вытянутые, которым от природы присущи узкие бёдра и плечи.

Предварительный вывод: я среди своих. Как бы… И уж в любом случае не в здешней Греции, Италии или Испании. И не на Марсе каком-нибудь. И тем более не в Египте! Хоть присутствие конкретных египтян и напрягало изрядно. И что мне дали подобные выводы? Легче мне от этого стало? Вряд ли. Зато признавалось оправданным наличие русской речи вокруг, пусть подноготную этого ещё и надо уточнять по всем имеющимся здесь источникам.

Что ещё бросилось в глаза, так это троекратное количественное преимущество женщин. Да оно и понятно, небось все мужики в этом обществе всё ещё на работе вкалывают. Особенно если промышленный капитализм здесь на самом пике своего развития.

А вот с одеждой на горожанах получался полный нонсенс. Потому что носили здесь что ни попадя. Начиная от просторных туник и кончая жёсткими корсетами, стягивающими телеса до посинения. Сандалии соседствовали с туфлями и сапогами. Штаны – с шароварами и шортами. Кофты или рубашки с длинными рукавами соперничали с открытыми лифами у женщин или со спортивными майками у мужчин. Кто в костюме, кто в сюртуке. Кто в куцем пиджачке, кто в жилетке на голое тело. При этом, несмотря на жару, большая часть народа носила косынки, шали, шляпки разного фасона, кепки, картузы, шляпы и даже несуразные с виду котелки. Не хватало только рыцарских шлемов и цилиндров с фраками.

Хотя… сегодня я уже видел около сотни шлемов. А цилиндры жители данного района могут и не использовать. Зато где-нибудь на торжественном приёме… Или здесь фраков не носят?

Глава 5

Первая информация

Мой активный исследовательский энтузиазм прервался появлением частично знакомого мне человека водителя автобуса. Причём он сам подошёл, констатируя со смешком:

– Вот так и знал, что ты будешь здесь стоять столбом и на всех пялиться, как баран на новый трактор! Ха-ха! Ну лапоть, натуральный крестьянский лапоть!

Обижаться я и не подумал, всей мимикой соглашаясь со сказанным. Мол, не спорю, лапоть. И вообще дикий, первый раз из лесу вышел и впервые увидел цивилизацию. Ещё и рукой на панораму города указал, скорбно вопрошая:

– А там что?

Улыбка исчезла с лица моего благодетеля, и он в который раз осмотрел меня с ног до головы:

– Как же тебя так угораздило-то? Ни разу в Благоярске не был? – на моё отрицательное мотание головой тяжело вздохнул и увлёк за собой на другую сторону площади. – Ладно, пошли. Покажу тебе самые главные достопримечательности.

Ну вот, узнал хоть, как город называется: Благоярск. Теперь можно смело историю подобного названия выведывать.

Такое понятие, как пешеходный переход, здесь вроде имелось. Но мы, как и все остальные пешие обыватели, перешли площадь напрямую, нагло рискуя жизнями и выслушивая странные для моего уха ругательства из уст водителей и кучеров на пролётках. Но обсцененную лексику я пока не вносил в копилку новых знаний, потому что совершенно не понимал её глубинного смысла. Например, что бы это значило: «Сожгират воюцебру!»? Или: «Узуйярпашонку!»? О чём речь? О какой распашонке?

Вот и я не заморачивался. Пока…

Уселись на лавочке, и я поспешил представиться:

– Меня зовут Вячеслав! – припомнив, как молодо я выгляжу, со смирением добавил: – Можно просто Слав или Слава.

– Хм! Достойное имя, Слав! А моё имя Братась. По отцу Шалович.