Читаем Ангел иллюзий полностью

Там только подъездов со всех сторон имелось шесть штук и возле каждого отдельный вход в отдельную как бы квартиру. В каждой четыре-пять комнат, отдельная кухня, по три ванные комнаты. Но! По всему общему чердаку и по всему подвальному уровню можно было пройти беспрепятственно в любое «гнёздышко»! И никто! Никогда! Не имел право закрыть двери изнутри, выходящие в подвал или на чердак!

Мне вначале это было глубоко фиолетово. Ну нельзя, да и нельзя. Чужой монастырь всё-таки, да и поднажав на учёбу и работу, приходил я довольно поздно. И только со временем стал присматриваться и задаваться вопросом: что здесь вообще творится?

Всем в доме заправляла тёща. Точнее, не столько заправляла, как перенимала бразды правления от своей матери. Вот мне везёт на семьи долгожителей! И у меня всё в этом плане пучком, и у жён моих родни – в уме не сосчитать и аршином не обмерить. То есть в этом ДОМИЩЕ и оба деда ещё проживали по отцу и по матери. Про братьев жены я же упоминал? Ага, такие все из себя орлы, косая сажень в одном месте и кучеряшки по всему телу. Так вот они были женаты, имели по двое детей. Но я только через год стал различать их жён между собой, настолько тихо и незаметно эти невзрачные тени существовали в этом доме.

Но если бы только они! Те же братья, те же оба деда, да тот же отец Нади вели себя дома как молодые, затурканные парни, впервые попавшие в общую камеру со злобными уркаганами. Честное слово, я когда стал присматриваться к их поведению и поступкам, то порой замирал от шока на месте. Мало того что любая просьба моей тёщи выполнялась как приказ маршала для новобранцев, так они ещё и боялись лишний раз даже в туалет выскочить. Тот же тесть однажды хотел проскользнуть в туалет возле кухни (это в своей-то квартире отдельной!), так чуть не обделался на месте от раздавшегося в спину шипения уже своей тёщи:

– Ты куда, зятёк?! Имеешь возле своей спальни горшок, вот в него и бегай! И нечего здесь…

А тот уже убёг по лестнице вверх, поддерживая спадающие штаны. И это человек в чинах! Генерал! Да и сыновья его тоже не простыми лейтенантами оказались. Про звания дедушек врать не стану, так и не удалось точно выяснить сию тайну. Но однажды мельком увидел фотографию, где они были в парадных мундирах: ордена, медали и крупные звёзды на погонах.

И такие вот люди во всём потакают своей невестке? Или своей жене? Да пусть и своей матери! Признаться честно, меня стал обуревать нерациональный страх. Вдруг над этим местом витает некая ядовитая, особо страшная для мужчин аура? Вдруг здесь какое-то излучение, превращающее мужчин в бесхребетных червяков? Вдруг здесь когда-то стоял храм поклонников всемирного феминизма?

Ещё больше меня укрепили в своих опасениях откровения братьев Надежды. Парни оказались вполне себе ничего, свойские, открытые и на удивление честные. Так вот они однажды, когда мы часика полтора зависли в «Ёлках-Палках» с двумя литрами «беленькой», мне банально позавидовали:

– Тебе хорошо! На тебя ни мать не орёт, ни бабушка не наседает. Потому что они Надьку больше всех нас вместе обожают. Вот они на тебя и молятся. Во всём потакают. Балуют…

Я на такое возмущённо фыркал, кривился и чуть ли не плевался:

– Хорош дурку гнать, мужики! Будьте попроще, сговоритесь и заставьте себя уважать! А нет, съезжайте на отдельные квартиры.

– Ты чё?! – у них от таких слов отвисли челюсти. После чего они нервно оглянулись по сторонам и посоветовали: – Никогда о таком даже не заикайся! Иначе…

И они многозначительно закатили глаза к потолку.

Но я ещё в то время Надюху любил, и меня почти всё устраивало. Мало того, после защиты моего диплома мы устроили некое подобие свадебного путешествия, малость расслабились, и моя жёнушка вновь забеременела.

Вроде ничего страшного, я детей люблю, но с того самого момента в жену словно бес какой вселился. Началось с мелких капризов. Потом продолжилось нервным недовольством и несуразными претензиями. То ей не там сел, то не тем угостил, то не тот запах, то опоздал, то припёрся слишком рано… Нет, всё понятно, женщины во время беременности, они такие, особенные. Знал об этом ещё по первому браку. Слышал от других коллег. Читал, в конце концов. Но чтобы до такой степени эта особенность лезла во все щели?

Навалилась паника. Потом она ещё выросла, когда я случайно подслушал совет из уст тёщи, который она шипящим шёпотом давала своей дочурке:

– Дави его, ломай! Никуда он теперь от тебя не денется, при третьем ребёнке! – ну и бабушка (старая карга!) там же, шипит внучке на ушко:

– Сейчас постараешься, потом легче жить будет!

Пришло понимание: надо рвать когти! Немедленно! Вот прямо сию же секунду! Ну и супругу спасать, забирая её с собой вместе с детьми. Конечно, трудно будет на первых порах: здесь-то на всём готовом жируем. Ни за свет, ни за газ не платим (хотя в те времена это были сущие копейки), продукты не закупаем, в доме не убираем, на участке не корячимся, готовкой пищи не занимаемся, а всё подаётся всегда свежее и горячее.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Безмолвный пациент
Безмолвный пациент

Жизнь Алисии Беренсон кажется идеальной. Известная художница вышла замуж за востребованного модного фотографа. Она живет в одном из самых привлекательных и дорогих районов Лондона, в роскошном доме с большими окнами, выходящими в парк. Однажды поздним вечером, когда ее муж Габриэль возвращается домой с очередной съемки, Алисия пять раз стреляет ему в лицо. И с тех пор не произносит ни слова.Отказ Алисии говорить или давать какие-либо объяснения будоражит общественное воображение. Тайна делает художницу знаменитой. И в то время как сама она находится на принудительном лечении, цена ее последней работы – автопортрета с единственной надписью по-гречески «АЛКЕСТА» – стремительно растет.Тео Фабер – криминальный психотерапевт. Он долго ждал возможности поработать с Алисией, заставить ее говорить. Но что скрывается за его одержимостью безумной мужеубийцей и к чему приведут все эти психологические эксперименты? Возможно, к истине, которая угрожает поглотить и его самого…

Алекс Михаэлидес

Детективы
Камея из Ватикана
Камея из Ватикана

Когда в одночасье вся жизнь переменилась: закрылись университеты, не идут спектакли, дети теперь учатся на удаленке и из Москвы разъезжаются те, кому есть куда ехать, Тонечка – деловая, бодрая и жизнерадостная сценаристка, и ее приемный сын Родион – страшный разгильдяй и недотепа, но еще и художник, оказываются вдвоем в милом городе Дождеве. Однажды утром этот новый, еще не до конца обжитый, странный мир переворачивается – погибает соседка, пожилая особа, которую все за глаза звали «старой княгиней». И еще из Москвы приезжает Саша Шумакова – теперь новая подруга Тонечки. От чего умерла «старая княгиня»? От сердечного приступа? Не похоже, слишком много деталей указывает на то, что она умирать вовсе не собиралась… И почему на подруг и священника какие-то негодяи нападают прямо в храме?! Местная полиция, впрочем, Тонечкины подозрения только высмеивает. Может, и правда она, знаменитая киносценаристка, зря все напридумывала? Тонечка и Саша разгадают загадки, а Саша еще и ответит себе на сокровенный вопрос… и обретет любовь! Ведь жизнь продолжается.

Татьяна Витальевна Устинова

Детективы / Прочие Детективы