Читаем Ангел полностью

У Дейва и Дэнни были ключи от квартир друг друга, чтобы в случае чего один из них мог прийти на помощь другому. Для оповещения об опасности они придумали специальный телефонный сигнал. Пока необходимости не возникало, но Дейв утверждал, что им простительно быть параноиками.

Рита окончательно проснулась и уставилась на Дейва.

— Дейв, что случилось? Кто тебя так? — вымолвил наконец Дэнни.

Отчаянно всхлипывая, Дейв упал на руки Дэнни.

— Она умерла, Дэнни. Они убили мою жену. Моего ребенка тоже. Господи, я этого не выдержу.

Его тело сотрясалось от рыданий. Ничего не понимая, Дэнни обнял Дейва за плечи. Они вломились к нему в квартиру? Кто? Бывшие заключенные? Взломщики?

— Пойду сварю кофе, — прошептала Рита. — Ты хоть что-нибудь понимаешь?

— Это мой напарник, — объяснил Дэнни.

Она выскользнула из постели, надела халат Дэнни, вышла из спальни и босиком побежала по коридору. Минуту спустя зазвенела посуда. Дейв все плакал, бормоча что-то несвязное. Дэнни дал несчастному выплакаться, укачивая его как ребенка.

— Челия? — спросил он наконец. — И Джейми?

— Да. — Дейв выпрямился и уставился на середину комнаты, как будто нашел там что-то очень важное.

Комок встал в горле Дэнни. Господи, только не семья Дейва. Боже, он же живет только семьей. Дейв вдруг поднялся и подошел к окну.

— Тебе известно, что в японском супермаркете был пожар? Челия была там вместе с Джейми. Покупала платье. Мне в морге пришлось опознавать содержимое ее сумочки. Там были вещи, которые не горят.

Дэнни схватился за голову.

— Господи, Дейв, какая потеря…

— Знаешь… Я не могу поверить, что ее нет. Я сидел дома, каждую минуту ожидая, что вот-вот щелкнет замок, она войдет и скажет: «Извини, что я поздно, дорогой, меня неожиданно пригласили в гости…» Господи, я ничего не понимаю. Мне кажется, я схожу с ума. Как мне жить дальше, Дэнни? Я люблю ее. Я люблю моего мальчика. Они оба ушли. Почему оба, Дэнни? Челия никого не обидела за всю свою жизнь. Почему они мне это сделали, почему?

Он повернулся и с размаху ударил головой о стену. Теперь Дэнни понял, откуда появились шишки и кровоподтеки. Он встал, натянул штаны и взял Дейва за плечи.

— Они не хотели навредить тебе. Это был просто несчастный случай. Пойдем выпьем кофе или чего покрепче. Давай, друг, поговорим. Тебе станет легче.

Дэнни повел друга в столовую, где Рита сидела на софе и курила. Она вопросительно посмотрела на вошедших.

— Его жена и ребенок…

Она закусила губу и кивнула. Дейв снова зарыдал. Оставив его с Ритой, Дэнни пошел наливать спиртное. Он уже жалел, что только что на его кровати сидел не грабитель. С тем, по крайней мере, было ясно, что делать.

Ночь будет долгой, подумал Дэнни, а потом — длинная, длинная жизнь.

Когда Дэнни вернулся с двумя стаканами, Дейв, казалось, стал другим человеком: мышцы лица дрожали, под глазами — мешки, щеки обвисли, как у старика, кожа — болезненного серого цвета.

— Выпей, друг, — сказал Дэнни. — Этого с тобой не должно было случиться. Нет на свете справедливости. Господи, я никогда прежде не видел тебя таким. Ты так плохо выглядишь. Я хотел бы тебе помочь.

Но он мог говорить, только говорить.

Дейв даже не взглянул на виски, обхватил голову руками и стал раскачиваться. Дэнни обнял его, как обнимают обиженного ребенка. Они стали раскачиваться вместе, а Рита беспомощно смотрела на них; она не привыкла видеть мужские слезы. Рита была проституткой, а не доктором и могла утешить мужчину, но сейчас она была бессильна.

Через некоторое время Дэнни стало нехорошо. Он понял: это от сильного запаха пота, исходящего от Дейва, от его кислого дыхания. Однако, когда Дэнни отпустил друга и встал, ему стало еще хуже.

Дейв вышел из транса.

— Почему Челия? — сказал он. — Почему не какая-нибудь сука с улицы?

Рита резко отодвинулась от него. Одного взгляда на Риту было достаточно, чтобы прийти в себя. Он увидел боль в ее глазах и спохватился.

— Ох, нет, извини, я не то хотел сказать. Я не знаю, что говорю.

— Все нормально. Я понимаю, ты потерял жену. Это очень больно.

— И сына тоже, не забывай, моего сына. Я играл с Джейми. Господи, когда же это было: вчера, сегодня? Я перестал чувствовать время. Что такое время, Дэнни? Челия и я, мы поздравляли друг друга с тем, что у нас такой ребенок. Он — главное в моей жизни, ты знаешь, и я никогда не сердился, если он будил меня после ночной смены. Я за него готов был кого угодно убить. Джейми умер, а ведь он только начинал жить. Такой веселый, такой непосредственный.

Дэнни не знал, что сказать.

— Это страшный сон, Дэнни, — продолжал Дейв. — От нее ничего не осталось, только черная обгоревшая штука, похожая на чучело ведьмы. Ты же верующий, Дэнни, скажи мне что-нибудь.