Касси выбралась из-под двери, державшейся сейчас только на веревке, и увидела Ангела, уже взявшего на прицел Гайлена и Гарри; судя по всему, ее мужу очень хотелось спустить курок, и он ждал только повода для этого.

— Вы, должно быть, и есть тот самый Ангел, — произнес Гайлен.

— Ангел Смерти, — Ангел назвался так первый раз в жизни.

— И вы, стало быть, явились без денег? — Даже сейчас, когда его план внезапно рухнул, Гайлен хранил полное спокойствие. Рядом с ним трясся от страха Гарри. — Признаться, я не рассчитывал на это.

— Деньги здесь, неподалеку. Ее мать, оказывается, имела такую сумму на руках. Попробуйте заполучить их.

— Что ж, предложение заманчивое, но, говорят, вы никогда не проигрываете.

Ангел только улыбнулся в ответ. Слушая их беседу, Касси все больше выходила из себя. Она отчаянно замерзла, ее терзал голод, все тело ныло и болело, особенно голова, по которой пришелся удар внезапно открывшейся двери.

— Если ты не намерен пристрелить их, то не будешь ли так добр сделать с ними что-нибудь, чтобы мы могли уехать отсюда?

Голос ее прозвучал, как она и хотела, весьма холодно. Ангел, не отрывая взгляда от бандитов, молча кивнул в ответ. Сделав несколько шагов, он приблизился к Гайлену и жестом велел ему повернуться. Как только тот повиновался, рукоять револьвера в руке Ангела обрушилась на голову Гайлена.

Глаза Гарри расширились. Он в ужасе смотрел, как его приятель потерял сознание и повалился на пол. Ангел повернулся к Гарри.

— Не могли бы вы просто связать меня? — прошептал тот с дрожью в голосе.

— Я с большим удовольствием просто пристрелил бы вас.

Быстро повернувшись, Гарри получил свое и также повалился на пол. Касси недовольно нахмурилась. В словах Гарри был какой-то смысл.

— Но почему ты не мог просто-напросто связать его? — спросила она.

Ангел впервые за вечер посмотрел на нее:

— Потому что это куда проще сделать сейчас. И я как раз намереваюсь заняться этим.

— А не мог бы ты сначала развязать меня? Он тут же вытащил из-за голенища сапога нож.

— С тобой все в порядке? — спохватился он, перерезая ее узы.

— Как нельзя лучше, — сердито бросила она в ответ. Касси сама не понимала, почему так зла на Ангела. Возможно, потому, что она страстно желала, чтобы он пристрелил Гайлена. Или страстно жаждала оказаться в его объятиях, но понимала, что этого ей больше не суждено.

— Сказать по правде, я просто в восторге от того, что ты позволяешь ему убраться отсюда, — сказала она. — За то, что он сделал со мной, он получит несколько лет тюрьмы. Ты не боишься, что он вернется, чтобы отомстить нам?

— Я никогда не слышал о Рафферти, но Гайлен Слэйтер — другое дело. Это ведь он, не так ли?

— Так он себя называл.

— Что ж, его разыскивают в Колорадо и Нью-Мексико за убийства. Кое-кто из присяжных спит и видит, чтобы отправить его на виселицу.

— Мне казалось, тебе ничего не стоит пристрелить человека, по которому плачет веревка.

— Но не у тебя на глазах, — сухо ответил Ангел. Подумав немного, спросил:

— Как им удалось схватить тебя?

— Я отправилась вечером в город, чтобы повидать тебя.

— Одна? И без оружия? — В его тоне звучало крайнее удивление. — Для чего ты хотела повидать меня?

— Не уверена, что теперь стоит об этом говорить. — Касси вскинула голову.

— Ты хотела рассказать мне о Слэйтере?

— Что, если так?

— Не думал, что я тебе небезразличен.

— Небезразличен.

— Неужели?

— Представь себе! В конце концов, мы ведь не враги. Более того, мне кажется, нас многое связывает, так что мы вполне можем считаться друзьями. А я привыкла заботиться о всех своих друзьях.

Он, нахмурившись, взглянул на нее, ясно давая понять, что не потерпит более такого тона. Потом отвернулся и принялся связывать двух лежащих без сознания мужчин. Касси стала растирать кисти рук, чтобы восстановить кровообращение. Потом принялась искать свои сапожки.

Касси двигалась еще с трудом — все тело по-прежнему ныло и болело. Кроме того, ее раздражало собственное поведение. Она должна была испытывать сейчас только облегчение. Потому что наконец находилась в безопасности. Ангел тоже был жив и здоров. Ей следовало быть благодарной ему, а не пытаться уязвить — но ведь он все еще не заключил ее в свои объятия.

— Это было слишком просто, — произнес он, подходя к ней сзади.

Она повернулась к нему:

— Они не ожидали тебя раньше полудня, поэтому не стали выставлять часового.

Ангел внезапно прищурился.

— Кто-нибудь из них прикасался к тебе, Касси? Скажи мне правду.

— Так ты все же можешь собственноручно убить их?

— Да.

Он был все таким же искренним, ее Ангел.

— Нет, никто из них не позарился на меня.

— Они просто слепцы.

Щеки ее порозовели. Она улыбнулась:

— А ты позаришься на меня, Ангел?

— А как ты думаешь? — спросил он, заключая ее в объятия.

Глава 40

По дороге домой Касси несколько часов подремала, сидя в седле впереди Ангела и привалившись к его груди, как к подушке. Он шептал ей на ухо:

— Будь я проклят, если мне хочется везти тебя домой. Они оба помнили поцелуй и его крепкие объятия в хижине.

— Если бы только тебя не ждала твоя мама…