Читаем Андеграунд полностью

— Ваше рождение и воспитание вообще находилось под очень серьёзным вопросом. Любой, кто захочет досадить вашим родителям, в первую очередь атакует детей, — Аня вздохнула. — Они понимали все риски. Но видишь, как случилось, Аннет не признает Виту вообще никак. Но она слаба. Психика не устоявшаяся, ее качает с одного полюса на другой. Как бы ее сознанием не завладели и не натворили бед.

— Да ладно, такое практически невозможно, — некромаг пожал плечами. — Интересно, долго они еще там бегать будут!?!

Анечка следила за экзаменом, будто окунаясь в воспоминания. Казалось, все случилось буквально вчера. В некоторых кадрах-воспоминаниях было видно, как одноклассники избивали Марену. Это было страшно. И обидно. Анюта всхлипнула.

Матвей нервничал. Пошли третьи сутки, а мама так их и не нагнала. Все больше возникали опасения. Анечка же была уверена на стопроцентно, что все хорошо и беспокоиться не о чем.

Он, как сумасшедший, смотрел новости, читал статьи и всячески впитывал новую для себя информацию. Его мама — Смерть. Та самая. Его папа — входит в правление Братского Союза, бывший руководитель «Ночной Стражи» и основатель Академии Лемур.

Это все было странным, новым, непривычным. Но Матвей любил своих родителей, только теперь признавал, что совсем не знал людей, которыми воспитывался. Постепенно стала доходить суть и опасность грозящая лишь от одного имени любого из родителей. Как могли они оберегали своих детей. Матвей смахнул непрошеные слёзы, мысленно повторяя, словно мантру: «Пусть все будет хорошо».

Грохот, с которым ввалилась стража, навёл на очень нехорошие мысли. Их было трое. Крупные в мощных доспехах, они быстро оценили ситуацию и схватили ничего не понимающих Матвей, Аню, некромага и священника. Их погрузили в Оскар, запирая, отделяя от основного мира и почти сразу повезли в неизвестном направлении.

Как только аппарат взлетел, один из стражников тяжело рухнул, гремя «доспехом».

— Вытащите меня отсюда, — послышался жалобный голос Витторины, отчего все вздрогнули. — Тем, я не могу, здесь воняет.

Тяжелый вздох из соседних доспехов сообщил о безграничном терпении оборотня. Его фигуру сложно было узнать в этой броне, но выглядела внушительно. Медленно поднявшись, он аккуратно поднял более маленькую фигурку.

— Кададжи, хватит ржать. Я все слышу, — в веселом возмущении заметила Марена. — Тем дай ему в бубен.

— Не могу, — оборотень, судя по голосу улыбался, ловко извлекая Витторину наружу. — Он шоколадку для тебя спёр с кофейными зёрнами.

— Ладно, тогда я с ним снова дружу, — женщина, вывалившись из доспеха, приняла из рук мутанта сладкий подарок и обернулась к друзьям. — Ну и? Чего такие кислые мины? Предупреждаю, для хорошего настроения кофейными зёрнами не делюсь, — Вита усмехнулась. — Ты посмотри какие ряхи отъели, пока мы скакали козлами.

— Нас кормили хорошо, — некромаг усмехнулся. — Рад видеть вас в добром здравии.

— Ладно-ладно, уговорили, делюсь, — она ловко разделила шоколадка, в ожидании пока мужчины покинут замысловатый доспех. — Гоняли нас аки сивых меринов. Аж «Мерседес» купить захотелось.

— Как же твой «Оникс»? — насмешливо уточнил Рустем.

— Оникс — это святое. К нему даже дети не допускаются, — Витторина нахмурилась. Она вернулась на пассажирское кресло и закинув ногу на ногу, грустно вздохнула.

— Я заманалась, — призналась она.

— Вит, — протянула Анечка чуть испуганно. — Вы сбежали-то как?

Смерть заговорщицки переглянулась с Рустемом.

— Они все равно узнают, — Кададжи потёр больное плечо.

— Вот сам и рассказывай, — перевёл стрелки Беркутов.

Мутант скривился.

— Мам, я тут… — Матвей потупил взгляд и достал из рюкзака небольшой контейнер, в котором хранилось несколько пакетов с кровью.

— Рецидивист какой, — оборотень усмехнулся. — Но как нельзя вовремя. Кто-то гундел всю дорогу насчет своего голода.

— Это уж точно, я даже ворчать не буду и даже папе не скажу, — и приняв еду, тихо буркнула под нос. — Все равно он все из Катарсиса узнает.

Витторина вскрыла пакет с кровью. Она сидела потягивала содержимое будто томатный сок. Матвей в очередной раз поразился тому с какой скоростью его мама адаптируется, привыкая к новым условиям. И только сейчас стало заметно, что правая рука покрыта страшными пузырящимися ожогами. Но с каждым новым глотком крови, раны затягивались. Витторина перевела безмятежный взгляд на сына и, прочитав на его лице потрясение, сообщила:

— Тело слишком хрупкая вещь.

Матвей дёрнулся будто ему залепили звонкую пощечину.

— Это последствия моих возможностей. Я могу больше. А тело — нет.

— Это… — сын осекся пытаясь скрыть ужас.

— Слушай, а что стало с сёстрами по итогу? — вдруг перебил Рустем.

— Ты не заметил? — Вита в удивлении вскинула идеальные брови. — Ее Мор убил. Но ничего, теперь они точно вместе. Изначально их души были связаны.

— А как Смерть скажи…что там, по ту сторону жизни? — тихо спросил Кададжи, и все замолчали. Всем было интересно. Вита пожала плечами и залпом допила кровь из пакета.