Читаем Андеграунд полностью

— Отец выгнал его на улицу, якобы воспитывая. А Дэн ушел. Просто в никуда. Он не хотел так жить, поэтому решил попробовать что-то изменить. По счастливому стечению обстоятельств я встретил его в поселке. Он стоял около плаката какой-то известной рок-группы. Вроде «Феникс». Там еще вокалистка такая дерзкая и горластая.

Вита с интересом отметила, что Мстислав не рассказал своему другу о ее творчестве, а наложенный Импульс не давал возможности узнать ее. Эта система работала как с Горынычем — пока сам не вспомнишь, нет возможно узнать. А это почти невозможно.

— Я думал, он потерялся. Съездил, посмотрел на родаков, а потом просто забрал к себе.

— А документы?

— Ребенок был рожден дома, без учета. Его хотели позже продать на органы, потому матери ширнуться не на что было, — он пожал широкими плечами и Витторина почувствовал себя по-детски маленькой и хрупкой. Друг Мстислава оказался несколько крупнее, сказывалась жизнь в деревне. Да что уж, если двенадцатилетний пацан оказался чуть выше девушки.

Малыш. Малыш Франкенштейн. Интересно, о чем она думает? Такой пронзительный взгляд, будто знает куда больше, чем говорит. Все-таки достаточно миловидно выглядит, миниатюрной куколкой.

— Нас ждут. Сейчас познакомлю с местными, заодно поужинаем. Ты наверное голодна.

— Есть немного.

— К нам сюда гости не приезжают, так что для тебя решили закатить пир на весь мир, — Рустем усмехнулся, глядя на нее сверху вниз (нет-нет, просто рост не позволял смотреть на нее иначе). — Ты готовить-то кстати умеешь? — спросил он, кивая на печку.

— Так — нет.

— Понятно. Городские такие изнеженные, — он улыбнулся с чисто мужским триумфом, без издевательства.

— Эй, за столько лет жизни в крупном городе что-то я ни у кого в квартире не видела печей, — спокойно осадила она его.

Палец в рот не клади. Мне нравится, определенно нравится. Живой ум, ироничная. Пожалуй, поладим. Завтра посмотрим что она там может. Надо не забыть предупредить Дэна поаккуратнее, все-таки девочка.

Она стала закипать. Медленно, но верно. Что позволяет себе этот нахал? Она не маленькая девочка и не фарфоровая кукла. Кукла. Да, именно так он ее и воспринимает.

Рустем вел ее по тропинке, помогая выбираться из сугробов в то время, как сам не проваливался, оставаясь все время на поверхности. Ноги утопали по колено в снегу. Каждый шаг давался с большим трудом и девушка как личное спасение воспринимала поддержку оборотня, предположив, что без его помощи просто скрылась бы с головой в сугробе.

— Одна я утопаю!? — буркнула Витторина и мужчина улыбнулся.

— Нет. Нелюди обычно не тонут.

— Весело.

Он вывел ее к пригорку.

— Завтра я тебя проведу по территории, чтобы понимать, как далеко уходить можно. Все волки обычных размеров — звери. Большего — оборотни.

— Здесь бывают чужаки?

— Редко. Ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью.

— Прям поможешь? — едко заметила она, вздернув в удивленном жесте бровь.

— Я мужчина. Естественно я помогу и решу твои проблемы.

— Ну да.

Он мельком взглянул на нее.

Не могу понять, выпендривается или гордая? Ладно, малышей все равно обижать нельзя. Жил с одним ребенком, теперь появился второй. Этот хотя бы миловидный и язвительный. Поладим. Помогу ей адаптироваться и все нормуль будет.

Витторина усмехнулась. Они пришли в большую деревню, как могла судить девушка здесь стояло около тридцати двухэтажных домов. Рустем завел Соколову в местный Дом Культуры, ничем не отличающийся от других построек и лишь маленькая табличка на входе указывала на историческое наследие. Здесь накрыли плотно сдвинутые столы, подготовили какие-то выступления местной самодеятельности. Народ соскучился по праздникам. Все это напомнило рок-диве школьные чаепития — все та же романтика.