Читаем Анасейма полностью

Пляжная одежда словно уравнивает всех, превращая пикантность в необходимость. Сейчас Илья выглядел именно обнажённым. Вроде и небольшая разница, но существенная, как между нижним бельём и купальником. Несёт в себе совсем другой смысл.

Обойдя белую простыню, Марина раскинула руки и одним движением стянула её с верёвки, прищепки одновременно клацнули, выпуская край ткани. Она накинула простыню на Илью.

– Бесстыжий.

Он обмотал бёдра простыней.

– Я же не голый.

– Да почти что.

Можно подумать, ты голых не видела? – наигранно бравировал Илья, а самому аж жарко стало от взгляда Марины. – У вас тут, кажется, недалеко нудистский пляж есть.

– Есть, – она склонила голову к плечу, продолжая глядеть всё так же пронзительно. – Хочешь сходить?

– Хочу.

Она приблизилась почти вплотную и легко коснулась ладонью его влажной груди, ощутила, как под пальцами лихорадит пульс.

– Завтра. У Раисы Константиновны уже есть одна головная боль: Дима опять усвистал с Алсу в «Баунти».

Утром Марина делала вид, что разговор о нудистском пляже не случился. Втайне надеялась, что Илья забудет о нём. Она давно поняла, что ничего красивого в наблюдении за обнажёнными людьми нет. Далеко не все выглядели как фотомодели, среди пожилых и полных тоже находились любители обнажиться. Они бродили по кромке моря, возлежали на песке, раскинувшись выброшенными на берег звёздами, вызывая у Марины одно желание: накрыть всех огромным куском брезента или засыпать песком.

К тому же довольно часто, скинув вместе с одеждой остатки приличия, нудисты позволяли себе прилюдные ласки, а иногда и секс, в лучшем случае прикрывшись пляжным зонтом. Видимо, они впадали в первобытное состояние диких животных, которым не было нужды скрывать свои порывы. Всё естественно, как в природе.

Чтоб избежать похода на пляж, Марина хотела уехать в Анапу, но Татьяна поставила перед ней огромную чашку с абрикосами и ещё одну пустую.

– Помой, пожалуйста, и достань косточки.

Марина удивлённо округлила глаза.

– Может, позже? Всё равно пирожки будешь утром жарить. Я успею.

Татьяна набрала полное ведро воды и поставила рядом с чашкой.

– Это на вечер. Инна умудрилась договориться с кафе. Сегодня им нужны пирожки с абрикосами, а завтра в столовой будут поминки. Придётся наделать с яблоками и корицей.

– Поминки? Тоже Инна договорилась?

Татьяна неуверенно улыбнулась. В младшей дочке неожиданно проснулась предпринимательская жилка, она задумала упорядочить жизнь семьи и обеспечить всех работой на внесезонный период.

Илья выглянул из открытого окна мансарды.

– Я помогу тебе с абрикосами.

Марина всё еще колебалась.

– А сама Инка где? И Алсу?

Татьяна оглянулась на «скворечник» и сказала голосом на тон ниже:

– Алсу спит. Дима тоже. Они вернулись с танцев под утро. Раиса Константиновна не разговаривает теперь не только с сыном, но и со всеми нами. А Инна за яблоками ушла.

Илья вышел во двор, воодушевлённый и радостный. Кивнул уходящей в дом Татьяне и взял ведро за ручку.

– Это ж то самое, в котором рапаны были.

Марина выбрала самый крупный абрикос, протёрла о шорты и сочно откусила.

– Его с тех пор ни разу не мыли.

Илья взял чашку и высыпал часть ярко-жёлтых плодов с красными веснушками в памятное ведро.

– Какой запах! – он шумно втянул носом воздух. – После вашего Штормового я наши привозные фрукты видеть не могу.

Марина опустилась на колени перед ведром и, подвинув пустую чашку, принялась вылавливать абрикосы. Прополоскав, скорее, для вида, доставала их и клала в пустую миску. Илья сел рядом и тоже опустил руку в воду. Почти сразу вместо абрикосов нащупал пальцы Марины. Они одновременно вздрогнули, но руки не отдёрнули, продолжили плескаться, касаясь то ладоней, то пальцев друг друга. Не поворачивались, увлечённо смотрели вперёд, будто это какие-то чужие руки переплетаются в воде, и то, что там происходит, не имеет к ним никакого отношения.

Выудив очередной спелый абрикос, Илья намеренно скользнул пальцами по предплечью Марины, спустился в воду, проделав дорожку по её коже, и коснулся открытой ладони. Она замерла, низко опустив голову. Волосы занавесили её лицо, скрывая румянец на щеках и расширенные зрачки в прозрачных глазах. Время словно замедлилось, над макушкой прожужжал шмель, где-то вдалеке крикнула чайка, что-то гулко грохнуло на кухне.

Татьяна выглянула в окно, нашла взглядом застывшие фигуры у ведра.

– Марин, вы ещё не помыли что ли?

Ответил Илья.

– Заканчиваем уже. – Он выловил несколько абрикосов и положил в миску. – Можно мы потом погуляем?

– Далеко только не уходите.

Марина наконец скинула оцепенение, достала оставшиеся плоды.

– Мам, оставь нам парочку пирожков, хорошо.

Косточки доставали быстро, вскрывая абрикосы маленькими ножами, даже устроили соревнование. Опытная Марина заметно обогнала Илью. В её чашке уже выросла высокая горка, а он едва заполнил свою миску вровень с краем.

– На пляж пойдём?

Марина сделал вид, что не догадывается, о каком пляже идёт речь.

– Ну да. Если повезёт, на «Афалине» покатаемся.

Он хитро ухмыльнулся, привычно приподняв бровь.

– Я о другом пляже. Не притворяйся, что не поняла.