Читаем Аналитика полностью

Принято различать прямую мозговую атаку (непосредственно генерацию идей без обсуждения), обмен мнениями (при этом стороны поочередно высказывают свои взгляды на метод решения проблемы — часто это приводит к выдвижению корпоративных стратегий), суды идей (эксперты разбиваются на две группы — одна осуществляет прямую мозговую атаку, генерируя идеи, а второй группе вменяется в обязанность выступать в роли критика, выдвигающего контраргументы, направленные на дискредитацию предложенных решений). Часто для проведения мозговых атак используется форма деловой игры, для чего в группу включается специалист-игротехник, задачей которого является поддержание деловой атмосферы, духа здоровой конкуренции и подавление агрессии участников обсуждения. Довольно интересны методы, которые используются игротехниками для обеспечения такого режима общения: часто производится формализация процесса обмена мнениями — в обиход вводятся стандартизованные речевые обороты, произношение которых входит в обязанность каждого участника игры при генерации тех или иных типов высказываний. За счет этого происходит снижение эмоционального накала, обеспечивается соблюдение установленного этикета. Нарушение регламента может наказываться штрафами или исключением из группы.

Например, на игротехнических модулях профессора О.С. Анисимова в ходе дискуссий с оппонентом обязательно произносится вводная фраза: «Правильно ли я понимаю, что…» — далее следует изложение интерпретации точки зрения собеседника, которому адресован вопрос. Это позволяет исключить возможность неконструктивной критики, вызванной неправильным истолкованием высказываний оппонента.

Однако, вскоре обнаружился общий недостаток методов типа мозговой атаки — конформизм и пристрастность суждений, возникающий в условиях, когда социальный (и должностной) статус участников атаки неодинаков. Это явление с одинаковой силой проявлялось как в коллективах ученых, так и в среде политиков, военных, специалистов в области управления производством и финансами.

Наиболее очевидным вариантом преодоления этого недостатка явилось решение о разработке анонимных методов опроса мнений специалистов. Подобные методы возникли в 1960-е годы и получили название методов типа Дельфи. Базовый метод Дельфи представляет собой вариант многоэтапного проведения мозговой атаки, в ходе которой обеспечивается анонимность экспертов, для чего их мнения представляются в виде документов, авторство которых известно только организатору или модератору сессии. Модератор сессий рассылает материалы, полученные в ходе предыдущего тура опроса, остальным членам экспертной группы, предлагая каждому из них произвести ранжирование полученных вариантов по значимости. После чего участники экспертной группы направляют результаты проделанной работы модератору. В дальнейшем, по результатам полученных откликов от членов экспертной группы формируются оценки согласованности мнений, а также вводятся коэффициенты, указывающие на степень продуктивности идей генерируемых каждым конкретным экспертом. Благодаря этому оценивалась целесообразность участия того или иного члена экспертной группы в дальнейшем обсуждении проблемы, а также обеспечивалась обратная связь при синтезе решения. После чего проводились последующие туры опроса, в ходе которых модератором задавалась основная тематика, определившаяся по итогам предыдущих туров. Тогда, в 60-х годах метод Дельфи представлял собой длительную бюрократическую процедуру, что препятствовало его широкому распространению в практике оперативного управления, что существенно ограничивало сферу его применения. Но, спустя годы, в результате развития телекоммуникационных технологий применение метода Дельфи существенно упростилось, а процедура Дельфи вошла в качестве составляющей части в другие методы синтеза управленческих решений.

Сценарные методы представляют собой еще одну группу методов, обычно относимую к классу методов активизации мышления. Следует заметить, что по мере отдаления от начала этого подраздела, методы, причисляемые к этому классу, становятся все менее похожими на методы активизации мышления (по крайней мере, внешне). Ну, каким образом сценарий может активизировать мыслительную деятельность?

Похоже, мы забыли ответить на один очень важный вопрос: — «Какова, собственно, цель нашей деятельности, для чего необходимо активизировать мыслительную деятельность?» Если этот вопрос оставить без ответа, то вроде бы активизировать мышление и ни к чему. Но вспомним, с чего начинался этот раздел… — Начинался он с описания состояния растерянности, возникающем при переходе от практики к теории и обратно.