— Тебе наверняка удастся поужинать по дороге, — обнадежила ее Крусада. Кузина медлила в нерешительности.

— Ну, давай, пошли! — заторопилась ярара. — Только сперва зайдем на Конгресс.

— Ну, уж нет! — возразила Ньяканина. — Только не туда! Я делаю вам одолжение, и этого вполне достаточно. А на Конгресс зайду на обратном пути, если мне вообще удастся вернуться. Но видеть раньше времени морщинистый череп Террифики, крысиные глаза Лансеолады и глупую морду Коралины, уж это — извините…

— Но Коралины там нет!

— Все равно. И остальные не лучше!

— Хорошо, хорошо, — примирительно буркнула Крусада. — Но если ты не сбавишь хода, мне за тобой не угнаться.

И действительно, она едва-едва поспевала за легко скользившей Ньяканиной.

— Оставайся-ка лучше здесь, вместе со всеми, — посоветовала та и, рванувшись вперед, в один миг оказалась далеко впереди своей кузины Крусады.

IV

Не прошло и четверти часа, как Охотница достигла цели своего путешествия. В Доме еще не спали. Через открытые настежь двери лились потоки света, и Ньяканина издалека увидела людей, мирно сидевших за столом.

Но чтобы не попасть в беду, следовало остерегаться собак. Есть ли они здесь? Ньяканина их очень боялась. Удвоив осторожность, она скользнула к веранде и, поднявшись по ступенькам наверх, внимательно осмотрелась: ни впереди, ни слева, ни справа не было ни одной собаки. Только на противоположной террасе, которая виднелась позади сидящих людей, развалясь, спал черный пес.

Итак, можно действовать! Со своего места Охотница хорошо слышала голоса, но увидеть людей ей не удавалось. Бросив быстрый взгляд к потолку, она сразу же нашла то, что искала. Это была лестница, приставленная к стене террасы. Разведчица быстро взобралась наверх и примостилась на балке в промежутке между крышей и стеной. Но как ни осторожно скользила змея, она столкнула валявшийся на балконе старый гвоздь, и один из сидящих на веранде поднял голову.

«Конец!» — подумала Ньяканина, затаив дыхание.

Другой человек тоже посмотрел наверх.

— Что там такое? — спросил он.

— Ничего, — ответил первый. — Мне показалось, там мелькнула черная тень.

— Крыса.

— Человек ошибся! — прошептала Ньяканина.

— Или змея.

— А этот Человек угадал, — снова прошептала Охотница, готовясь дорого продать свою жизнь.

Но люди опять склонили головы над столом, и, наблюдая за ними, Ньяканина целые полчаса могла слышать их разговор.

V

В Доме, который вызвал тревогу обитателей сельвы, разместилось весьма важное научное учреждение. Издавна зная, что в этом отдаленном уголке страны водится множество змей, федеральное правительство решило создать здесь Офидиалогический институт серотерапии для изготовления сывороток против змеиного яда. Как известно, главным препятствием для широкого производства сыворотки служит недостаток ядовитых пресмыкающихся. При научном институте находились лаборатории, серпентарий с ядовитыми змеями, а также три лошади, иммунизация которых была почти завершена. Однако научные сотрудники еще не могли приступить к работе: необходимо было пополнить серпентарий, так как на последней стадии иммунизации требуется шесть граммов яда на каждую инъекцию. Заметим, что такое количество оказалось бы смертельной дозой для двухсот пятидесяти неиммунизированных лошадей.

Занятые работой по размещению института в сельве, научные сотрудники засиживались до глубокой ночи, обсуждая лабораторные планы и другие важные вопросы.

— А как сегодня лошади? — спросил человек в дымчатых очках, по-видимому, директор института.

— Совсем сдали, — ответил другой. — Если в ближайшие дни охота окажется неудачной…

Ньяканина, неподвижно застыв на балке, не упускала ни одного слова, ни одного движения собеседников.

— Похоже на то, — успокоенно прошептала она, — что мои ядовитые сестрички изрядно перетрусили. Эти люди вряд ли способны на что-нибудь серьезное…

Вытянув шею и высунув нос из-за края балки, она внимательно рассматривала говоривших. У людей были и другие неприятности.

— Сегодня нам просто не везет, — продолжал один из них. — Разбито пять ампул…

Ньяканина все больше и больше сочувствовала людям.

— Бедняги! — пробормотала она. — Разбить пять ампул!

И она уже собиралась покинуть свое убежище, чтобы заняться обследованием этого безобидного дома, как вдруг услышала следующие слова:

— Зато змеи чувствуют себя отлично… Кажется, здешние условия идут им на пользу.

— Что такое?! — чуть не подскочила Охотница, быстро двигая раздвоенным кончиком языка. — О чем болтает эта лысина в белом халате?

А человек продолжал:

— Для них лучшего места и не придумаешь… А мы в них сейчас очень нуждаемся. И мы и лошади…

— К счастью, здесь можно наловить целую кучу змей. Несомненно, это настоящее змеиное царство.

— Г-м… г-м… г-м… — пробормотала Ньяканина, свернувшись на своей балке в еле заметный клубок. — Дело принимает иной оборот… Надо подольше побыть в обществе этих милых людей… Можно узнать много любопытного.