Читаем Анагел мой полностью

– Мы взяли у них жизнь. Он поделился своей, чтобы им было легко в другом месте.

– В каком другом?

– Когда убивают, наш дух уходит. Там без жизни нельзя.

Риур уставился на огонь. Непонятно, но что-то в этом есть…

«…Год 4876/5 стандартного летоисчисления. День сорок пятый пребывания на поверхности.

Долгие расспросы Субстантов помалу приводят к открытию их мировоззрения. Ну, я так думаю, и надеюсь, что всё правильно понял…

Смерть ассоциируется с переходом в некий другой мир. Или измерение, не знаю, как объяснить. Что внутри тела существует невидимая субстанция, которую они называют «душа». Она поддерживает тело и отвечает за жизнь. Когда происходит гибель Субстанта, душа покидает тело и отправляется в некое место, где нет смерти, где всегда хорошая охота и достаточно пищи. Для успешной охоты умершим кладут в могилу их оружие. Честно говоря, не представляю, как это работает. Но сами Субстанты твёрдо верят, что при переходе в иной мир нужно пройти некие препятствия, а без оружия никак. На вопрос об оружии был получен ответ, что всё в этом мире имеет свою душу или дух жизни, и, когда владелец оружия уходит из этого мира, душа его предметов отправляется с ним…

Мне интересна эта мысль.

У Субстантов развивается некая, ещё пока в зачаточном состоянии, но культура. Примитивизм в этом случае – всего лишь из-за неразвитости восприятия внешнего мира и незнания основных физических законов. Но сам факт интересен: незнание химических, физических и других процессов они домысливают как некое вмешательство со стороны неких невидимых сил. Если не ошибаюсь, то называют они эти силы «божеством» или «Большим Духом». Так мне показалось…

Кримм недоволен моим участием в жизни племени. А я до сих пор жалею, что мы не сделали это раньше… мы просто потеряли целый пласт времени для изучения этих странных Субстантов…»

Пиршество продолжалось почти до утра. Но уже к середине ночи многие стали уходить в пещеру, оставив после себя брошенные обгрызенные кости, недоеденные куски мяса и рыбы. Кто-то забыл копьё у костра, кто-то нож, хотя такая беспечность строго наказывалась вождём. Даже несмотря на то, что всё время три-четыре охотника по очереди сидели у костра, карауля соплеменников и поддерживая огонь, которого боялись ночные, да и дневные тоже, хищники. Хэ рассказал, что однажды вот так на них напали, а оружие было снаружи. В итоге перебили многих, но обитатели пещеры отбились камнями и сложенными внутри пещеры палками…

Выходит, не первый раз были нападения, подумал Риур, слушая рассказ.

– А зачем все уходят в пещеру?

– Дать дух жизни.

– Кому?

– Себе.

Риур непонимающе захлопал глазами. А Хэ терпеливо стал объяснять:

– Охотник отнял дух жизни. Дух жизни охотника связан с духом жизни зверя. Когда зверь уходит, дух жизни покидает его. Надо дать новый, чтобы все были в жизни.

– Бр-р-р… Хэ! – взмолился Риур.

– Ты, я, Ва, Мана, все-все – как один дух. – Хэ даже привстал, пытаясь объяснить. – Хэ умрёт – нет один дух. Ри-Ур понял?

Охотник сгрёб горсть мелкого щебня с земли, аккуратно высыпал его на камень. Разровнял ладонью, сделав почти правильный круг, и стал тыкать пальцем: