Что касается России, то у нас сегодня проблема отделения депозитно-кредитных операций от инвестиционной и иной деятельности практически никем не обсуждается. Мы еще на эти «грабли» не наступали и не понимаем, насколько большую шишку можем набить. В целом у меня создается впечатление, что наши власти даже поощряют смешение «в одном флаконе», называемом «банк», депозитных операций и чисто спекулятивных финансовых операций. Делается это под флагом создания «универсальных» банков, финансовых «супермаркетов», повышения качества обслуживания клиентов (получение всех финансовых услуг «из одного окна»). В течение последних месяцев регулярно обсуждался вопрос о том, что нам в России нужен финансовый мегарегулятор. Как известно, таковым был определен Центральный банк. Интересно, что при этом в качестве основного аргумента в пользу создания мегарегулятора и назначения таковым центрального банка был следующий. Главным финансовым институтом в России сегодня стал коммерческий банк. При этом коммерческие банки постепенно превращаются в многопрофильные банковские холдинги, совмещающие такие виды операций, как депозитные, кредитные, инвестиционные, лизинговые, страховые и даже пенсионные. Понятно, что осуществлять контроль за деятельностью такой многоголовой финансовой гидры разным организациям сложно. Поэтому, мол, и необходим единый мегарегулятор. Удивительно, но почти никто даже из оппонентов идеи финансового мегарегулятора не поставил под сомнение соединение разных видов операций в рамках одной организации, которая по традиции называется «банком».

На уровне саммитов G-7, G-8, G-20 и других глобальных форумов, где постоянно обсуждаются вопросы повышения финансовой устойчивости и реформирования мировой финансовой системы, проблема разделения депозитно-кредитной и инвестиционной деятельности банков затрагивается очень осторожно и дозировано. В нынешнем 2013 году Россия председательствует в «двадцатке» и готовит саммит G-20 в Петербурге (сентябрь). В Москве в феврале уже прошла репетиция саммита с участием министров финансов и руководителей центральных банков стран-членов «двадцатки». К сожалению, на московской «финансовой двадцатке» проблема разделения операций банков вообще не упоминалась. В запланированной повестке дня петербургского саммита намека на эту тему также нет. В центре внимания «двадцатки» оказываются вопросы второстепенные и даже третьестепенные (например, пересмотр квот стран в капитале Международного валютного фонда). Вместе с тем специалисты понимают, что без обуздания спекулятивной деятельности банков все разговоры о финансовой устойчивости в мире превращаются в пустую болтовню.

J. P. Morgan Chase как буревестник грядущего кризиса

События в мире финансов развиваются все более динамично. Один скандал сменяется другим. Особенно высока концентрация финансовых скандалов в Америке. Еще вчера СМИ обсуждали и комментировали завершение очередного акта бесконечного спектакля под названием «Повышение «потолка» государственного долга США». А сегодня они переключились на скандальную информацию, касающуюся деятельности самого крупного банка Уолл-стрит — J. P.-Morgan Chase.

Лондонские проделки банка: история «кита»

Справедливости ради надо сказать, что указанный банк в последнее время довольно часто стал выступать в качестве главного героя разных скандалов. Банк Джи-Пи Морган Чейз — составная часть гигантского финансового конгломерата с аналогичным названием. По величине активов (2,3 трлн, долл.) банк занимает первое место на Уолл-стрит и второе в мире (после британского банка HSBC). Он имеет свои филиалы и дочерние структуры в 60 странах мира. Как сообщается на сайте банка, он обслуживает каждого шестого американца.

В сентябре этого года закончились судебные и внесудебные разборки банка Джи-Пи Морган Чейз (далее для краткости — Чейз) с финансовыми регуляторами США и Великобритании. Выяснилось, что в 2012 году банк Чейз делал то же самое, что в прошлом десятилетии делал скандально известный банк Леман Бразерс. А тот, как известно, занимался сокрытием своих убытков, искусственным завышением прибылей, в конечном счете, обманом клиентов, партнеров и финансовых регуляторов. В общей сложности трейдеры Леман Бразерс сумели замаскировать убытки на сумму 50 млрд. долл. Пять лет назад банк рухнул, спровоцировав мощную волну финансового кризиса в Америке, которая вскоре докатилась до других стран, включая Россию.