Читаем Амариллис полностью

— Легиллименс! — произнес он, погружаясь в мысли Гарри. Поттер не успел вовремя среагировать — глазам Драко предстали его последние воспоминания.

Они на Зельеварении. Рука Поттера так близко, так хочется коснуться ее, прижать к губам, пригреть на груди… Вот Драко смотрит прямо ему в глаза, не зная, что лучше, убежать прочь или припасть поцелуем к этим желанным губам…

«Гарри… Гарри… Наверное, ты теперь меня ненавидишь. Что ж, так будет лучше для нас обоих…»

Поттер в каком-то кабинете. Похоже, Крама… Плакаты на стенах, пара вредноскопов пылятся на полках, стол завален бумагами…

«Драко Малфой. Личное Дело»

Драко почувствовал, как дрогнуло сердце Гарри. Он волновался за него. Очень волновался…

«Пытались ли вы убить Гарри Поттера?»

«Еще как пытался…»

«Гарри, что это?»

Поттер прячет листок в карман и выскальзывает из кабинета.

— Протего! — произнес Гарри, и связь оборвалась.

— Поздно среагировали, — недовольно заметил Снейп. — Ну что ж, на сегодня достаточно, Вы свободны, Поттер.

Гарри не ответил, он пристально смотрел в глаза Драко. Блондин сделал к нему неуверенный шаг, еще один, обвил его своими руками и прижался к губам нежным поцелуем, мимолетным и легким.

— Это в последний раз, — прошептал Драко в полураскрытые губы Гарри и отступил назад.

Брюнет запустил руку в карман мантии и вынул оттуда смятый листок.

— Пусть, — еле-слышно произнес он.

Бросив на Драко полный обреченной грусти взгляд, он уронил листок на пол, развернулся и молча вышел за дверь.

«Гарри… Гарри… Ты сделал это для меня?! Зачем? Зачем ты это сделал? Как ты можешь мне верить? Ты ведь должен ненавидеть меня… Нет, нет, ты не можешь меня любить!!!»

Драко молча смотрел на дверь, точно ожидая, что Гарри передумает, вернется к нему, прижмется к его груди, поцелует так нежно…

— Акцио, пергамент! — Снейп указал палочкой на листок, и тот послушно прыгнул ему в руки. Развернув его, Профессор широко раскрыл глаза от удивления. — Драко, да Поттер для тебя просто клад, береги его… Это значительно упростит твою задачу.

— К тому же меня будет допрашивать Крам, что исключает ненужные вопросы… — безрадостно заключил Драко.

— Что ж, приступим…

В гостиную Слизерина Драко возвращался в двенадцатом часу, уставший, но зато полностью уверенный в своем успехе на допросе. Подходя к двери, он услышал неприятные звуки ударов и приглушенные стоны.

— Никогда больше не прикасайся ко мне! — Кричал Пьюси, выкручивая Блейзу руки. Забини ловко увернулся, но не для того, чтобы сбежать от мучителя, а чтобы снова припасть к его губам. Драко невольно залюбовался выражением страдания на лице бывшего любовника. Даже с растрепанными волосами и размазанной кровью на лице Блейз был красив. Его черные глаза яростно сверкали, глядя на Эдриана. Он не желал сдаваться.

— Змея! — Пьюси с размаха ударил Блейза по щеке, потом пнул его ногой в живот. Тот кашлянул кровью и рухнул на пол. Семикурсник, тем временем, продолжал избивать его ногами. Он бил в грудь, в живот, по лицу, Блейз хрипел от боли, но не сопротивлялся, не пытался дотянуться рукой до палочки, валявшейся в паре футов от него. Он стонал от боли и бешенства, но позволял Пьюси избивать себя.

— Чего, чего ты этим… добьешься? — с громким стоном спросил он. — Эээд!

— Не смей называть меня по имени! — крикнул Пьюси, снова ударив его в живот.

Драко надоела вся эта сцена. Он громко прокашлялся, прошел через гостиную и уселся на диван, закинув ногу на ногу.

— Пьюси, прекрати его избивать, — спокойно обратился он к семикурснику. — И отойди от него, иначе я заставлю тебя слизать всю кровь с пола начисто, чтобы не осталось ни капельки.

Тот удивленно уставился на него, заметив его только сейчас.

— Малфой?

— Я сказал, немедленно отойди от Забини, ты сомневаешься, что я могу заставить тебя это сделать? — Драко с угрозой смотрел на Пьюси, чуть приподняв брови. — Да, это очень по-слизерински — пользоваться слабостью противника, но во всем надо знать меру. Вон отсюда, и если я еще раз увижу, что ты его бьешь, пеняй на себя…

Пьюси бросил на Драко мрачный взгляд и молча удалился. Забини откашлялся и попытался встать. Из последних сил он подполз к дивану, приподнялся и оперся локтем о сиденье.

— Малфой, черт бы тебя побрал, — прохрипел он. — Какого дьявола ты ему наговорил?

— Я, конечно, ничего не понимаю в садо-мазо, — ухмыльнулся Драко, срывая фольгу с новой пачки сигарет. — Но, по-моему, вы на этот раз загнули…

Блейз нашел-таки силы встать и, шатаясь, доковылять до зеркала.

— О, черт, вот это он меня отделал, — простонал он, разглядывая разбитую губу. — Как же, не понимаешь ты в садо-мазо, кто бы говорил… Не вмешивайся. Пусть Эд делает, что хочет. Он имеет на это право после того, что вы с ним сделали.

— Так почему бы ему с тем же энтузиазмом не отделать меня? — Драко прикурил от свечки и с удовольствием затянулся. — Кишка тонка, или ты действительно такой мазохист, что не позволяешь ему это сделать?