Читаем Амариллис полностью

Одержимый желанием вернуть гриффиндорца, Драко даже не задумывался, зачем ему Поттер. Он же никогда не собирался затягивать их отношения, он же всегда убеждал себя самого, что все это ненадолго, так зачем теперь он так рвался вернуть все на свои места? На свои места… Драко ужаснулся собственным мыслям: с каких это пор его место было рядом с Поттером?

«Да ни с каких. Я так хочу!»

Сложность попыток Драко состояла еще и в том, что за эту самую неделю ему надо было так же сдать экзамены. А, надо сказать, ломая себе голову изобретением хитроумных планов по возвращению Поттера, Драко совсем запустил учебу. Он кое-как сдал заклинания, даже не готовясь к ним, но, конечно же, у Драко не было абсолютно никаких шансов сдать без подготовки трансфигурацию. Он просидел полночи, листая конспекты, пытаясь сосредоточиться на теории материализации предметов, но ему так и не удалось «начертать» кубок с соком. А все потому, что из головы не выходил проклятый Поттер.

Вся эта ложь, весь этот треп…

«Треп. Он сказал треп, — Драко с силой скрутил тетрадь с конспектами. — Ну, я еще покажу ему… Он у меня еще узнает, святоша…»

— Мистер Малфой, Вы СПИТЕ НА ЭКЗАМЕНЕ? — над ухом Драко раздался грозный голос профессора МакГонагалл. Декан Гриффиндора нависла над ним, как хищник над жертвой, сверля его взглядом проницательных зеленых кошачьих глаз.

— Ммм… простите, профессор, — Драко встряхнул головой, прогоняя сон. Он, что, действительно заснул на трансфигурации?!

— Дайте вашу работу, Малфой, — МакГонагалл выхватила у него пергамент с теоретической частью вопроса, на котором после нескольких предложений по теме, несколько раз было аккуратно выведено «Поттер».

— Вы явно нездоровы, — с удивлением сказала преподавательница. — Вам следует сейчас же отправиться в Больничное Крыло. Ступайте. Экзамен пересдадите позже.

В больничное крыло Драко не пошел. Вместо этого он принялся бесцельно бродить по школе, в надежде наткнуться на Поттера. В глубине души понимая, что это глупая затея, он, тем не менее, мерил и мерил шагами длинные коридоры, заглядывал в пустые кабинеты. Просто так, ни за чем.

— Вот Вы где, Малфой, — услышал он сзади голос Снейпа. Драко обернулся — Идемте. Директор хочет с вами поговорить.

— Со мной? — удивленно переспросил парень.

Драко никогда раньше не бывал в кабинете Дамблдора. По правде говоря, он и понятия не имел, где этот кабинет находится. Он и не подозревал, что внутри ему будет настолько не по себе. Все эти странные приборы на бесчисленных полках, портреты на стенах, казалось, они все смотрели на него. Самого Дамблдора в кабинете почему-то не было.

— Ну, чего уставились? — буркнул Драко портретам и те, недовольно пошептавшись между собой, перестали, наконец, обращать на него внимания.

А еще здесь был Он. Увидев огненно-красное оперение таинственной птицы, Драко не удержался и погладил его. Как ни странно, огонь не обжег, а лишь приятно согрел его руку. Феникс очень спокойно и строго посмотрел в глаза Драко, и слизеринцу показалось, что птица видит его насквозь, видит всю его ложь и фальшь, всю его подлость и низость, словно внезапно открылись все самые потаенные уголки его души. От этого взгляда не могла защитить никакая окклюменция. И Драко стало страшно. Так страшно, как не было еще ни разу в жизни.

— Я не такой, — сказал он, глядя в мудрые черные глаза феникса. — Нет, я не такой. Я, правда, люблю его.

В ответ на это птица издала чарующе-прекрасную трель, словно соглашаясь с его словами. И в эту минуту сердце мальчика наполнилось искренней и теплой радостью. Он был счастлив.

— Хорошо, что ты признался самому себе, Драко, — раздался голос за его спиной.

— Профессор? — Малфой обернулся, увидев только что вошедшего Дамблдора. Старик кивнул ему. Директор опустился в кресло за своим столом и предложил Драко сесть напротив него. Тот подчинился. Какое-то время юноша и старик молча смотрели друг другу в глаза. Вокруг них царила пугающая напряженная тишина. Воздух вибрировал и звенел, как тугая тетива. Дыхание Драко было резким и неровным.

— Ты понравился Фоуксу, — сказал, наконец, Дамблдор и улыбнулся.

— Фоукс это феникс? — спросил Малфой. Директор кивнул.

— Ты, наверное, удивлен, почему я пригласил тебя сюда?

— По правде говоря, не очень, сэр, — сдержанно ответил Драко. — Это из-за Гарри, я понимаю.

— И да, и нет, Драко. И да, и нет, — загадочно произнес директор. — Не то, чтобы меня сильно беспокоили ваши с ним отношения, однако я хочу знать, как далеко ты зашел в своей лжи…

— Я не лгу ему! — возразил парень, серые глаза смерили Дамблдора гневным взглядом.

— До определенных границ… Но ты лжешь всем вокруг, Драко. Ты и себе лжешь.

— Какое Вам до этого дело? — холодно спросил мальчик. Он больше не боялся директора, поняв, что с ним вполне можно общаться, как со всеми остальными.

— И здесь нам придется затронуть очень важную и тяжелую для тебя тему, — вздохнул Дамблдор. — Вполне предполагаю, что ты будешь возмущаться и протестовать, но, если Гарри для тебя действительно важен, ты выслушаешь меня. Потому что это ключ к его душе. Ты должен понимать его.