Читаем Алтарь Кирены полностью

взрыв разметал сервитора на две дюжины кроваво-красных метров вокруг. Ударная волна подбросила капитана в воздух. Он приземлился, упав, и вновь поднялся на ноги, продолжая высматривать своего врага, словно ничего не случилось. Псайкер выдал свою позицию, засмеявшись над участью сервитора. Гэбриэль сжал зубы и ринулся на звук. Он мчался в темноту; неожиданность стала его лучшим оружием. Дымка разошлась, явив мутанта с вывернутой на сто восемьдесят градусов шеей и вытянутым обрамленным бородой лицом. Его четыре глаза по очереди моргнули, и чудовище с ядовитой усмешкой уставилось прямо на Гэбриэля. Неожиданность оказалась не на стороне капитана.

Прежде, чем Гэбриэль смог вскинуть пистолет, псайкер выпустил новый разрушительный заряд пси-энергии. Капитан кувыркнулся в сторону, сумев избежать энергетического импульса, что мог разорвать его на куски, но не волны сверхнагретого воздуха, несущейся следом. Даже несмотря на доспехи, кожа на шее и волосистой части головы покрылась ожогами. Он открыл огонь с земли, проделав внушительные дыры в груди и черепе своего противника. Монстр рухнул на землю.

Гэбриэль поднялся на одно колено, когда в поле зрения показался третий псайкер. Электричество потрескивало вокруг огромного тела; даже надетая ряса не могла скрыть под собой уродливую тушу. С выработанной годами точностью капитан коснулся наушника вокса.

— Умри, — прошипело существо, вскидывая руку.

— Только если Император прикажет мне, — ответил Гэбриэль.

Прежде, чем псайкер успел отреагировать, из дымки появился «Лендспидер» Исадора. Летательный аппарат протаранил мутанта фронтальной решеткой, обезглавив его. Наушник Гэбриэля снова заговорил, и из завесы дыма выступило отделение Серых Рыцарей. Их доспехи были цвета полированного серебра и украшены сияющими темным золотом выгравированными рунами. Они по-настоящему впечатляли, и любой человек преклонил бы колени в знак почтения, но Гэбриэля этим могучим служителям Ордо было не так легко испугать. Он кивнул Рыцарям, оставшись стоять. Он приветствовал их как равных.

Апотекарий Серых Рыцарей обрызгал спреем ожоги на шее Гэбриэля. Раны кальцинировались, затянувшись мертвой грубой кожей, пока апотекарий зачитывал литанию исцеления и удалял струпья. Лицо капитана не шевелилось, пока умелые руки отрывали большие куски кожи. Его мысли были далеко.

— Мы засекли свободных псайкеров в этой области и были уже в пути, чтобы выжечь их огнем. Но, похоже, вы нас в этом обставили, — сказал апотекарий.

Краем глаза Гэбриэль увидел сержанта Каинэ из Кровавых Воронов, стоящего рядом с Исадором. Оба ждали, пока апотекарий завершит свои ритуалы исцеления.

— Мы закончили, добрый брат? — спросил капитан Серого Рыцаря.

— Почти, — ответил тот, вонзив гипоиглу в шею Гэбриэля.

Жгучая жидкость влилась в яремную вену капитана, уничтожая попавшие в кровеносную систему инфекционные агенты.

Гэбриэль потер шею и подошел к Каинэ и Исадору. Им пришлось дождаться, пока апотекарий выйдет из зоны слышимости.

— Мы не использовали каналы вокс-сети, как вы и велели, — сказал Каинэ капитану.

— Тебе удалось найти его? — спросил Гэбриэль.

— Нам удалось, брат-капитан. Брат Ульрэй и его отделение держат Эсмонда в бункере святого Беллстуса в Новом Карните.

— Мы должны спешить, — произнес Исадор. — Серые Рыцари прочесывают местность, уничтожая все на своем пути. Если они застукают брата Ульрэя охраняющим беглеца… сам понимаешь, что произойдет.

— Хорошо, — ответил Гэбриэль. — Спасибо за помощь, брат Каинэ. Возвращайся в свою

зону зачистки и постарайся не вызвать подозрений у Инквизиции. Выполняйте все их требования. Если они спросят обо мне, не скрывай правду о моих мотивах. Я не хочу втягивать в это дело кого-то еще.

Коротко кивнув, брат Каинэ ушел, чтобы присоединиться к своему отделению.

— Нужно торопиться, — повторил Исадор.

Вопросительно вскинув бровь, Гэбриэль посмотрел на библиария.

— Я удивлен, — произнес он. — Я думал, ты считаешь мои действия ошибочными. Зачем теперь поощрять мое желание увидеться с Эсмондом?

— Затем, что если ты этого не сделаешь, — ответил Исадор, — то будешь все время сомневаться, верно ли поступил. А если ты будешь сомневаться, то не сможешь сосредоточиться на своих обязанностях. Подобное всегда плохо заканчивается.

— Ты надеешься, что, сделав это, я смогу очистить свои мысли.

— Я желаю тебе обрести ясность, Гэбриэль. Я знаю тебя. Ты силен, пока остаешься точным инструментом воли Императора. В твоем сердце не должно оставаться места для чего- либо еще.

— Хорошо, — ответил капитан, сделав паузу. — Я мог бы велеть тебе остаться.

— Мог бы, — сказал Исадор, забираясь в «Лендспидер»; он занял место водителя и всмотрелся в даль впереди. — Но зачем провоцировать меня на нарушение приказа? Кривоватая улыбка тронула уголки губ Гэбриэля. Он сел на пассажирское сиденье и стал наблюдать за тем, как удаляется земля, пока «Лендспидер» уносился вверх.