У Тамары Серовой трафареты заранее заготовлены — куски картона с вырезанными в них цифрами. Для того чтобы поставить на трактор номер, нужно прислонить картонку к дверце кабины и краской замазать металлическую поверхность, виднеющуюся в прорезь.

Михаил Медведев первым подскочил к девушке, выхватил у неё из рук ведёрко и побежал к своему трактору. Другие трактористы со смехом бросились в погоню, но Медведев уже успел взобраться вместе с ведром в кабину своего трактора и там ожидал Тамару.

Когда девушка подошла к медведевскому трактору, Миша уже прислонил к дверце трафарет и, поставив на гусеницу ведро с белилами, ждал, чтобы Тамара окунула в краску кисточку и закрасила прорезь.

Ко всеобщему удивлению, Тамара безропотно исполнила приказание Миши Медведева. На дверце медведевского трактора засверкала белая единица. Итак, Михаил Медведев — обладатель трактора под номером первым.

— Теперь, Миша, — приказала Тамара, — бери ведро и неси!

— Согласен, — с готовностью ответил тракторист и действительно переносил вслед за Тамарой Серовой ведро от трактора к трактору, пока все они не были пронумерованы.

Конечно, мальчик не был свидетелем этой сцены. Он в то время был ещё далеко отсюда, в Москве. Но Женька очень ясно видел всю эту картину, когда Николай Сергеевич об этом рассказывал.

Свой рассказ Николай Сергеевич закончил так:

— И все поняли: рано или поздно быть свадьбе!

И вот сегодня в совхозе произойдёт первая свадьба. Завтра учительница обязательно скажет, что случилось историческое событие и что его надо обязательно запомнить. А как можно его не запомнить, если весь совхоз участвует в приготовлении к свадьбе, во всех домах готовятся свадебные угощения. А Маришка, Женина сестрёнка, даже поедет с женихом и невестой в загс.

В новый дом, где новобрачные получили комнату, из других домов посёлка женщины несли кастрюли, тарелки, противни, накрытые скатертями и салфетками, под которыми угадывались пироги и пирожки, банки с соусами, мясные заливные и всякие прочие лакомства.

Вера и Женя прохаживались под окнами нового дома, время от времени наблюдая за приготовлением свадебного пира через окно. Всю комнату молодожёнов занимал длинный стол, составленный из нескольких столов и накрытый несколькими скатертями. Вдоль стола на козлах уложены были доски — скамьи. В комнату то и дело входили женщины и ставили на стол всё новые и новые блюда.

Наконец дом наполнился гостями, кто-то занавесил окна изнутри белой простынёй, и ребята уже ничего не могли рассмотреть. Они видели в окне тёмные тени, как в теневом театре, и слышали восклицания, говор, смех присутствующих.

Женька был разочарован. Вера сказала, что, когда начнётся свадьба, они прошмыгнут в комнату. Да не тут-то было. Столько народу набралось, что туда и ползком не проползти.

Теперь девочка исчезла, приказав Женьке ждать. Поёживаясь, стоял Женя под окнами в наступившей темноте…

Наконец из дома на крыльцо вышла Вера. В руках она держала тарелку, накрытую салфеткой. Под мышкой, как градусник, зажала бутылку лимонада.

— Это для нас! — крикнула Вера, сбегая по ступенькам с крыльца. — Куда пойдём?

— Пошли к нам, — предложил Женька. — У нас никого нет дома, все на свадьбе.

Ребята отправились к Женьке. По пути они зашли за Димой Стариковым и Милой Ерёминой.

И вот друзья сидят за столом, перед ними стаканы с фруктовой водой, поделённой по-братски, тарелка со свадебными пирожками. Радиоприёмник передаёт из Москвы концерт для целинников. И, словно бы специально, именно в этот час звучит прекрасная мелодия полонеза Огинского, которая так нравится Женьке. А за окном завывает осенний ветер и порывами долетает частый перестук движка — то громкий, то еле различимый в шуме ветра. Сегодня, по случаю исторической свадьбы, директор распорядился не выключать движок до тех пор, пока будет продолжаться пир. Хоть всю ночь!

— Мне почему-то кажется, Женя, — тихо проговорила Милочка Ерёмина, — что я тебя уже видела.

— Когда? — удивился Женя.

— Очень давно, ещё в раннем детстве.

— Глупости! — воскликнула Вера. — Это всегда так кажется через некоторое время после того, как люди знакомятся. Мне вот тоже кажется, что я вас всех очень давно знаю!

— Верно, — сказал Дима, отхлёбывая из стакана лимонад. — Я тоже так думаю.

— Раз уж мы встретились по-настоящему, мы должны по-настоящему дружить, — торжественно проговорила Вера и добавила — Согласны?

И остальные хором дружно ответили:

— Согласны.

Этим и запомнился Женьке тот прекрасный вечер.

Глава двадцатая. ПРИЁМ В ПИОНЕРЫ

Накануне Октябрьских праздников Женю Дроздова, Диму Старикова, Милу Ерёмину и ещё пятерых третьеклассников принимали в пионеры.

Торжественная линейка проходила в совхозном клубе. Это был длинный дощатый барак, переделанный в клуб из общежития. К осени его отштукатурили, заново покрасили стены изнутри и снаружи жёлтой краской. Внутри сколотили небольшую сцену, повесили занавес.

На сцену, освещённую сильными лампами в жестяных коробках-рефлекторах, вывели всех ребят, которых должны были принимать в пионеры, и выстроили в ряд у края сцены.