Читаем Алмазные слезы полностью

– Что ж, поручик, – заговорил Роман Аркадьевич. – Расскажите нам, что вас связывало с госпожой Воронцовой? Для чего вы вчера посещали Петропавловскую крепость? Почему убили камеристку Кирсанову?

– Да вы никак белены объелись, господа, – зло процедил Ромашин, сверкая глазами. Виктор хмыкнул.

– Зачем же тогда бежали, если скрывать вам нечего?

Поручик не ответил. Полковник Строцкий хлопнул ладонью по столу, отчего Элен подскочила на месте.

– Лучше говорите, любезный, суда вам так или иначе не избежать.

– Роман Аркадьевич, с вашего позволения, разрешите мне начать, – предложил вдруг Виктор, дождался согласного кивка, оглянулся на Элен и заговорил. – Три года назад при дворе появилась новая фрейлина, графиня Анна Ивановна Воронцова. Красивая, умная, интересная, она привлекала к себе мужское внимание – и однажды ее заметили вы. Думаю, вы искренне в нее влюбились, возможно, даже подумывали просить ее руки, но тут совершенно неожиданно узнали о происхождении Анны. Пока все верно?

Ромашин молчал, а вот Элен слушала с пристальным вниманием, едва ли не затаив дыхание. Полковник кашлянул.

– Что вы имеете в виду, говоря о происхождении графини?

– Вы сами дали мне досье на Анну, помните? Так вот, там указано, что бабушка Анны была родом из Гессен-Дармштадта. Подробностей там нет, да и вряд ли кто-то стал бы искать так глубоко, но отчего-то мне кажется, что фрейлина Аннет приходилась дальней родственницей великой княгине Наталье Алексеевне – до крещения княгиня была принцессой Гессен-Дармштадтской. Семья принцессы была довольно большой, в каждом поколении было несколько братьев и сестер, так что не удивлюсь, если Анна Ивановна принадлежала к одной из этих ветвей.

– Помилуйте, Виктор Андреевич, это же, право, нелепость какая-то!..

– Не большая, чем убийство во дворце, – возразил Виктор. Поручик продолжал молчать, глядя на него со злобой. – Далее Аннет, вероятно, поделилась с поручиком семейным преданием о давно утерянном колье княгини и рассказала, что украшение хранится где-то во дворце или же в крепости. Возможно, в ее семье сохранились какие-то указания на местоположение украшения или же это были лишь ее догадки.

– Письмо от Государя, – внезапно пробормотал Ромашин. – Павел I писал родственникам своей покойной супруги и сообщал в письмах, что все памятные вещи княгини спрятаны в ее любимом месте.

– И вы решили, что это где-то во дворце?

– Люди зря болтать не станут, доля правды есть во всех сплетнях.

– Конечно. Однако Анна не могла сама, будучи фрейлиной Ее Величества, изучать все закоулки дворца и не вызывать подозрений – так к поискам подключилась камеристка Марфа, конечно, за хорошее вознаграждение. Им удалось узнать, что Наталья Алексеевна когда-то проживала в старом крыле дворца. Поручик Ромашин помогал им незаметно осматривать комнаты. А вот что произошло далее? Марфа потребовала больше денег за помощь и молчание?

Ромашин прикрыл глаза и тяжело, обреченно вздохнул.

– Сказала, что сильно рискует, да и выспрашивала она все неумело. А потом я заметил, что она стала одна в старое крыло ходить.

– Тогда вы и решили, что от камеристки легче будет избавиться? К тому же, это убийство позволило вам почти незаметно проникнуть в крепость, пока все жандармы были заняты расследованием. Видимо, в комнатах княгини вы так ничего и не нашли, а в крепости попросту не знали, где искать, взбесились, схватили Анну за шею и…

– Я не хотел, клянусь! – воскликнул поручик. – Я просто вышел из себя! Этот клад, он не давал Анне покоя, она и слышать ни о чем другом не желала. Я столько раз предлагал ей уехать, она не соглашалась…

– Почему вы ее тело не спрятали? – спросил Роман Аркадьевич. – Если бы мы не нашли госпожу Воронцову, сомневаюсь, чтобы хоть кто-то обо всем этом догадался.

– Шаги услышал, дозорный коридоры обходил. Времени хватило только, чтобы Анну укрыть да в нише уложить. А на воротах на меня никто внимания не обратил.

– Наверно, если бы не ваш гнев и ваша ярость, нам бы и в голову не пришло искать среди посетителей крепости, – сказал Виктор. – А так обоз с провиантом сразу бросился в глаза – стало ясно, что в деле участвует кто-то из жандармерии.

Наклонившись вперед, поручик Ромашин спрятал лицо в ладонях, глухо застонал и закачался из стороны в сторону. Виктор перевел взгляд на городовых, и те без лишних слов встали по обе стороны от преступника.

– Что теперь со мной будет? – невнятно поинтересовался поручик. Роман Аркадьевич качнул подбородком.

– Петропавловская крепость станет вашим последним домом – но полагаю, что ненадолго. Пусть решает Государь.

Ромашина вывели. Уходя, он так больше и не произнес ни слова.

– Что ж, – подвел итог Виктор, посмотрев поочередно на оставшихся в комнате полковника и Элен. – Я полагаю, теперь самое время доложить обо всем Ее Величеству.

«Дорогая Елена Павловна!