Читаем Алмазная бухта полностью

— Рэйчел, сядьте, — он не повышал голос, не менял тон, но, однако, это внезапно прозвучало как приказ. Она взглянула на него, вздёрнула подбородок и вернулась к стулу. Она просто сидела в тишине, смотря на него, и ждала; он вздохнул.

— Я оценил вашу помощь, но поймите, чем меньше вы будете знать, тем лучше для вас.

Рэйчел всегда ненавидела это — когда кто-то предполагал, что знает, как будет лучше или хуже для нее.

— Я понимаю. Думаете, я не заметила два пулевых ранения, когда вытаскивала вас из воды? Думаете, я должна была привести к вам тех двух мужчин, которые выдавали себя за агентов ФБР, когда они вас искали? Предполагаю, мне не стоит обращать внимания на нож, который утром вы прижали к моему горлу? Признаю, что я немного любопытна! Я нянчилась с вами четыре дня, и я действительно хотела бы знать ваше настоящее имя, или я слишком многого прошу!

Одна из чёрных бровей саркастически приподнялась:

— Может быть.

— Отлично, забудьте. Играйте в свои маленькие игры. Вы не отвечаете на мои вопросы, и я не буду отвечать на ваши. Договорились?

Он смотрел на неё намного дольше, чем обычно, и Рэйчел выдержала его ровный пристальный взгляд, не отступая ни на дюйм.

— Моё имя Сэйбин, — наконец сказал он; слова медленно вытекали из него, как будто он жалел о каждом слоге.

Она поглощала звук имени, её разум впитывал ощущения и форму имени.

— А дальше?

— Это важно?

— Нет, но мне хотелось бы знать

Он замешкался всего на секунду:

— Кэлл Сэйбин

Она протянула руку

— Рада познакомиться, Кэлл Сэйбин.

Он медленно принял её руку, его твёрдая мозолистая ладонь скользнула в её мягкую, тёплые пальцы обернулись вокруг неё.

— Спасибо, что заботились обо мне. Я нахожусь здесь уже четыре дня?

— Сегодня четвёртый день.

— Напомните мне, что случилось.

У него были манеры человека, привыкшего командовать: вместо требований он приказывал. Было очевидно — он ожидал, что его распоряжениям повинуются. Рэйчел убрала свою руку от него, прервав его тёплое прикосновение, вводившее её в дрожь. Сжимая свои пальцы, дабы унять покалывание, она положила руки на стол.

— Я вытащила вас из воды и принесла сюда. Думаю, вы ударились головой об один из камней, которые устилают устье бухты. Вы получили сотрясение и потеряли сознание. В вашем плече застряла пуля.

Он нахмурился:

— Я знаю. Вы вытащили её?

— Нет. Я вызвала ветеринара.

По крайней мере, что-то всё-таки могло удивить его, но это выражение быстро исчезло.

— Ветеринара?

— Я должна была что-нибудь сделать, а доктор должен сообщать обо всех пулевых ранениях.

Он глубокомысленно посмотрел на неё:

— А вы этого не хотели?

— Я думаю, вам бы хотелось этого избежать.

— Правильно думаете. Что же случилось после?

— Я заботилась о вас. Вы были без сознания два дня. После вы начали приходить в себя, но лихорадка не проходила. Вы не осознавали, что происходило.

— А агенты ФБР?

— Они были не из ФБР. Я проверила.

— Как они выглядели?

Рэйчел начала чувствовать себя будто на допросе.

— Тот, кто назвался Лоуэллом — худощавый, брюнет, приблизительно пяти с половиной футов роста, чуть за сорок. Другой, Эллис, — высокий, красивый как с рекламы зубной пасты, светло-каштановые волосы, синие глаза.

— Эллис, — сказал он, будто обращаясь к себе.

— Я притворилась дурочкой. Мне показалось это самым безопасным, до тех пор, пока вы не очнетесь. Они ваши друзья?

— Нет.

Тишина повисла между ними. Рэйчел изучала свои руки, ожидая от него следующего вопроса. Когда ничего не последовало, она попробовала задать свой.

— Я должна была позвонить в полицию?

— Для вас было бы более безопасно, если бы позвонили.

— Я пошла на оправданный риск. Полагаю, что шансы были более в мою пользу, нежели в вашу, — она глубоко вздохнула, — Я — гражданское лицо, но раньше работала журналистом, проводящим расследования. Я разглядела некоторые вещи, которые не сходились, поразмышляла, изучила кое-какие моменты, прежде чем решила не копать глубже. Вы могли быть наркоманом или сбежавшим преступником, но при осмотре вас на подобное не было никакого намёка. Так же возможно, что вы агент. В вас дважды стреляли. Вы были без сознания и не могли защитить себя или сообщить мне что-нибудь. Если бы…люди…охотились на вас, в больнице у вас бы не было шанса.

Его ресницы опустились, скрывая выражение глаз.

— Вы прекрасно мыслите.

— Есть такое дело, — спокойно признала она.

Он отклонился назад на стуле, немного вздрагивая, пытаясь удобнее пристроить плечо.

— Кто ещё, кроме ветеринара, знает, что я здесь?

— Никто.

— Тогда как же вы дотащили меня? Или ветеринар помогал вам? Вы же не Суперженщина.

— Я положила вас на стеганое одеяло и с помощью пса притащила сюда. Возможно, он думал, что это какая-то игра, — её серые глаза потемнели, когда она подумала о тех титанических усилиях, которые приложила, чтобы переместить его в дом, — Когда пришла Хани, мы подняли вас на кровать.

— Хани?

— Ветеринар. Хани Мэйфилд.