Читаем Алкоголик полностью

- Представьте себе. Угроза разжалования и увольнения из органов ничто по сравнению с перспективой схлопотать пулю. Согласно каноническому тексту бытующих в криминальном мире легенд, Абзац стреляет без промаха. Кстати, ваши мордовороты совершенно напрасно слоняются вокруг да около.

От винтовочной пули они вас не спасут.

- Не надо меня пугать, майор. Один раз Абзац уже промазал.

- Вам удалось его перехитрить, подставив вместо себя охрану. Второй раз он на эту удочку не попадется. Да и ваша охрана тоже, если уж на то пошло. И потом, вполне возможно, что стрельба на шоссе была просто предупреждением. Возможно, Хромой решил в последний раз напомнить вам о долге и сделал это в присущей ему нестандартной манере.

Лицо Кондрашова окаменело, превратившись в непроницаемый гипсовый слепок, нижняя губа надменно выдвинулась вперед. Глядя на эту губу, Чиж вспомнил бородатый анекдот про двух обезьян под дождем, но смешно ему не стало, - стало противно.

- По-моему, - сказал Кондратов, - кое-кто слишком распустил язык. Я имею в виду не вас, майор.

- Я понял, кого вы имели в виду, - успокоил его Чиж. - И вот что, Владимир Кириллович. Давайте-ка условимся: либо вы держите свои карты на виду, либо я выхожу из игры к чертовой матери. Я понимаю, что из уст милиционера такое требование непривычно. Но, если вы хотите, чтобы все происходило обычным порядком, - извольте. Я буду действовать по официальным каналам. Возможно, мне удастся добиться, чтобы вам выделили охрану: двух сержантов на "уазике" или даже отделение ОМОНа. При этом ваши тайны и информация о некоторых ваших связях останутся при вас, и все вокруг будут стоять перед вами навытяжку. Правда, продлится это, увы, недолго, и ваша охрана через пару дней превратится в Почетный караул у вашего гроба. Вот, собственно, и все, что я хотел вам сказать. Уф-ф! Терпеть не могу длинных речей.

Кондратов какое-то время молчал, с брезгливой миной посасывая незажженную сигарету. Чиж дал ему прикурить и закурил сам, жалея о том, что нельзя при собеседнике целиком затолкать в рот и разжевать половинку мускатного ореха, чтобы отбить запах водки с пивом. Этот аромат был таким мощным, что Чиж ощущал его сам, хотя раньше считал такое положение вещей невозможным.

- Ас чего вы, собственно, взяли, что я требую от вас чего-то, что выходило бы за рамки ваших служебных обязанностей? - спросил наконец Кондратов.

- Ох, - простонал Чиж, - да не валяйте же дурака! Мы же все-таки не в Думе! Будь это не так, вы пришли бы ко мне в кабинет или, сославшись на занятость, пригласили бы меня к себе. А вы вместо этого тратите время, идете на риск, назначая мне встречу в сквере, который, между прочим, простреливается навылет со всех сторон, собираете здесь целый полк охраны.., а потом заявляете, что вам от меня ничего не нужно! Смешно, ей-богу.

- Смешно ему! - проворчал Кондратов. - Не понимаю, что вы кочевряжитесь? Цену себе, что ли, набиваете? Я, видите ли, требую от него чего-то особенного, выходящего за рамки его обязанностей! Разве обеспечение безопасности граждан - не ваша прямая обязанность?

- Честных граждан, - уточнил Чиж. - Законопослушных. И в частности, тех, которые просят о помощи по-человечески, а не подсылают ко мне на дом бандитов с какими-то сомнительными.., гм.., сувенирами. И сделать я для них, как правило, могу очень немного. А в вашем случае, вы уж меня извините, даже не хочется. В общем, давайте-ка ближе к делу! Зачем вы меня позвали?

Кондратов снова помедлил с ответом, и было невооруженным глазом видно, как он борется с раздражением. Наконец эта неравная борьба закончилась победой благоразумия, и Владимир Кириллович неохотно произнес:

- Вы правы, майор. Мне рекомендовали вас как человека, способного в своих действиях руководствоваться не столько буквой закона, сколько его духом. Кроме того, мне говорили, что вы умны, и я только что имел отличную возможность в этом убедиться. Вы совершенно верно догадались, что разговор у нас с вами сугубо конфиденциальный.

Вот только направление этого разговора мне не очень нравится. Мне кажется, мы с вами основательно уклонились от темы, увлекшись взаимными оскорблениями.

- Политика? Да? - спросил Чиж. - Я просто балдею от политики! В особенности от политиков!

- Ну будет вам, - примирительно промолвил Кондратов. - Неужели непонятно, что я в отчаянии? Видите ли, я хочу жить. Такое вот странное желание.

- Само по себе это желание вполне естественно, - откидываясь на скамейку, произнес Чиж. - Странно другое. Вы хотите жить и при этом не платить по счетам. Вот это удивительно. Это, знаете ли, взаимоисключающие желания. Так сказать, плюс и минус.

- Да поймите же, я просто не в состоянии заплатить! - сердито воскликнул Кондратов. - Сумма слишком велика, а проценты меня просто убивают. Кто же знал, что так получится? Меня просто подставили.