Он резко проснулся от грохота распахнутой двери, которая с силой ударилась о стенку. Комнату затопил яркий дневной свет. Он все проспал – такова была его первая виноватая мысль, когда он увидел склонившееся над ним искаженное лицо матери, с распущенными и торчащими, как у ведьмы, волосами; глаза ее были налиты кровью и полны слез.

Что-то было не то, но он не знал, что именно. Испуганный, он тут же извлек руки из-под одеяла и сложил их перед лицом, чтобы произнести утреннюю молитву и предупредить ее первый удар. Он плотно закрыл глаза и сжался.

Но он не почувствовал жесткого удара по лицу. И вообще не было никаких звуков. Но тут мать начала истерически вопить:

– Умер! Он у-у-умер! Дэниел… Дэниел… твой отец! О боже! Он проснулся в полночь от страшной головной боли. Он взял аспирин, всего лишь аспирин. Я не могла пошевелить его, не могла разбудить, он холодный, сын! Господь прибрал его. Господь покарал его за твои грехи! Прошу тебя, Дэниел, помоги мне разбудить его!

28

Лондон. Среда, 9 ноября 1994 года

Коннор решил, что единственный способ справиться с обилием работы – это пораньше являться по утрам в офис и вечерами сидеть допоздна.

В четверть седьмого, когда он, постепенно просыпаясь, ехал по Юстон-роуд и слушал, как Майкл Хезелтайн в сводке новостей напористо поносит британскую политику, он увидел впереди мерцающие синие проблески. Подъехав, он заметил, что у здания Бендикс стоят две пожарные машины и карета «скорой помощи» с синим проблесковым маячком на крыше. Небольшая группа пожарных, переговариваясь, стояла на мостовой. Коннор не заметил никаких примет аварийной ситуации, когда повернул направо и подъехал к одному из охранников, стоящих у проема в барьере.

За последние три недели он не меньше дюжины раз встречался с этим строгим стражником тридцати с лишним лет, но, когда Коннор показал ему свой пропуск, тот ни приветствовал его, ни дал понять, что они знакомы.

– Что случилось? – спросил Коннор.

– Химия разлилась, – сказал он таким тоном, словно это было совершенно обычным происшествием.

– Где?

– В одной из лабораторий, – бесстрастно уточнил охранник и, открыв барьер, коротким жестом предложил ему проезжать.

Коннор поставил машину на отведенном для него месте. Даже в тусклом сером утреннем свете он заметил налет грязи на капоте «БМВ» и сказал себе, что вечером, если успеет, надо помыть машину, помня, что в противном случае с него взыщут штраф. Он пошел ко входу в здание, полный желания узнать побольше о том, что случилось.

В вестибюле стояло нормальное спокойствие раннего утра, несмотря на присутствие пожарника в форме и вроде бы старшего офицера полиции, которые беседовали с дежурным охранником. В лифт вошел человек с папкой. Коннор глянул на единственного охранника и с удовлетворением убедился, что сегодня из пяти дежурных на посту самый дружелюбный.

Это был болезненный черный мужчина, чье лицо под копной седеющих волос преждевременно пошло морщинами и теперь напоминало поверхность грецкого ореха. Было трудно понять, сколько ему лет – где-то между пятьюдесятью с лишним и шестьюдесятью, прикинул Коннор. Карточка на лацкане сообщала, что его зовут «У. Смит. Охрана холла».

Показав ему свой пропуск, Коннор тихо спросил:

– Что, тут был какой-то несчастный случай?

Охранник кивнул. Коннор заметил, что его пожелтевшие глаза полны печали.

– Да, сэр, разлились какие-то химикалии. – Голос был вежливый и почтительный, но его владелец не счел нужным сказать что-то еще.

– Что значит – разлились?

– Не знаю, сэр. Все произошло на шестом этаже, сэр.

– Кто-нибудь пострадал?

Помявшись, охранник кивнул:

– Мистер Силс, старший техник-лаборант. У него очень плохи дела… и я не думаю… – У. Смит смущенно остановился на полуслове. – «Скорая помощь» увезла и молодую леди. Я не знаю, что с ней такое. Сказали, что испарения…

– Молодую леди?

– Очень симпатичную. Она пришла в компанию со своим отцом… очень известным человеком. Доктор Баннерман. Получил Нобеля…

Коннору показалось, что ему на голову вылили ведро ледяной воды.

– Мисс Баннерман? Она пострадала? Вы не знаете, насколько серьезно?

Охранник покачал головой:

– Врачи «скорой» ничего не сказали. Она была на носилках и с кислородной маской.

– О черт! Куда ее повезли? В какую больницу?

– Этого я не знаю, сэр.

– В Паддингтон.

Коннор удивленно повернулся. На него смотрел офицер-пожарник.

– Их обоих доставили в клинику Университетского колледжа.

– Как мне отсюда доехать?

Пожарник показал направление. Коннор поблагодарил его и побежал к своей машине.

В отделении травматологии и неотложной помощи было тихо. Тянулись ряды пустых сидений, в ожидании томились всего несколько человек. В приемной стоял сильный вяжущий запах дезинфектантов, смешанный с ароматами перекипевшего кофе.

У окошка в приемной никого не было, но Коннору пришлось подождать, пока женщина, сидевшая спиной к нему, вводила информацию в компьютер. Наконец он обратился к ней:

– Скажите…

Она еще несколько секунд не обращала на него внимания, но потом повернулась и подошла к окошку: