– Обитатели этого острова проявляли вполне современное мышление, когда дело касалось бизнеса и их повседневной жизни. Они уже три десятилетия были американскими гражданами, но многие помнили, что происходят от язычников, и сохранили связь с теми, кто создал эти вулканические острова. Многие до сих пор считали их богов и богинь олицетворением конкретных сил: Лоно был богом плодородия, Кейн – создателем человека, Каналоа – богом моря, а Ку – богом войны. И, кроме того, существовала целая толпа богов поменьше и полубогов; самой страшной из них была Пеле – богиня огня и вулканов.

«Пеле», – подумал он и сдержанно улыбнулся. Гаваец воспринял эту улыбку как согласие с его словами.

Извержения Маунт-Килауэа вот уже девять лет то возникали, то прекращались. Он удивился, почему он раньше об этом не думал, почему понадобился разговор на террасе отеля с пьяным гавайским управляющим, чтобы эта мысль пришла ему в голову.

За последние два с половиной десятилетия «Бендикс Шер» немало попользовался этим островом. «Тризактол», средство от ревматизма, извлекаемое из коры деревьев влажного леса. Богатейшие запасы его были именно на этом острове, но они сводили леса быстрее, чем те вырастали. «Кайводенокс», очиститель воды, экстрагировался из вулканической лавы. Затем – «Фендол-оптирвак», спасавший от слепоты, вызванной бациллами, кишащими в третьем мире. Этот процесс надо было как-то остановить, и он точно знал, как именно. Он подумал о вертолете «сикорски», который доставил его из аэропорта, и улыбнулся.

Отлично. Две птицы одним камнем. Лучше, чем хорошо. Просто блистательно. Он посмотрел на официантку и попросил большую порцию «Чивас Регал» со льдом.

Когда бокал оказался у него в руках, он позволил себе ради удовольствия снова подумать о страшных мучениях человеческой плоти, сгорающей в расплавленной лаве. Затем предложил тост гавайцу.

– Сегодня вечером мы празднуем, – сказал он. – Выпьем за всех богов Гавайев.

Гаваец поднял свой бокал с шампанским и расплылся в подобострастной улыбке.

– За всех гавайских богов! – подхватил он.

Англичанин, сделав глоток виски, почувствовал на языке освежающий холод ледяных кубиков. «Особенно за Пеле», – подумал он, улыбнувшись про себя.

63

Среда, 23 ноября 1994 года

Монти заказала букет к похоронам Уолтера Хоггина, на которых им с отцом придется побывать в пятницу. Затем она обратила внимание на свою электронную почту: ящик был забит десятками вопросов от самых разных сотрудников группы патентов и соглашений. С некоторыми из них она встречалась, но большинство было ей незнакомо.

Сейчас ей приходилось иметь дело как минимум с тридцатью разными людьми из этого отдела. Им всем были даны строгие инструкции обеспечить надежную патентную защиту работ отца в самых разных областях и в максимальном количестве стран; сделать это надо было как можно быстрее, и она уже тонула в потоке почты.

Прогоняя по экрану список, она обратила внимание на какой-то технический вопрос от Коннора и улыбнулась. Прошлым вечером они договорились, что на работе будут вести между собой только строго деловые разговоры.

Сегодня вечером она с ним снова увидится. Он пригласил ее на обед, но она объяснила, что ей необходимо заехать в коттедж покормить котов и переодеться. Коннор немедленно предложил составить ей компанию, и она не стала возражать, довольная, что не придется проводить вечер в одиночестве. Недавнее вторжение в дом продолжало беспокоить ее, но Монти сомневалась, что услышит какие-то новости от констебля Бренгвайна.

Часы подсказали ей, что уже десять минут десятого. Она уже час занималась делами, а предстоял еще долгий день. «Господи, я же влюблена в тебя, Коннор Моллой», – подумала она.

Стараясь отрешиться от всех лишних мыслей, она покончила с просмотром электронной почты и принялась аккуратно разбирать обычную почту.

В ней она наткнулась на бюллетень, присланный женщиной-ученым, с которой она дружила вот уже несколько лет; когда-то Монти надеялась, что эта женщина в будущем станет спутницей ее отца, но он не проявил к ней интереса. Бюллетень содержал французскую публикацию о последовательности генов в опухолях лимфатической системы у крыс. Сверху была приколота записка от руки: «Подумала, что это может заинтересовать твоего па».

Она продиктовала ответ с благодарностью и отложила публикацию на край стола. Следующим предметом внимания стал маленький конверт, надписанный неровным почерком: в некоторых словах буквы клонились назад, а в других – вперед. Ей не понадобился графолог, чтобы определить неврастению отправителя. Адрес читался следующим образом: «Мисс (как я думаю) Монтане (как штат в США) Баннерман. Империя „Бендикс Шер“. Юстон-роуд. Лондон».

Монти вскрыла конверт и ошеломленно уставилась на письмо внутри.

Дорогая ученица Сатаны!