Довольный результатом, Коннор широко улыбнулся, скопировал и ввел в память своего лэптопа имя, используемое менеджером системы, и пароль, после чего выкинул ложный интерфейс. Скорее всего, Клифф Норрис предположил, что его вход по какой-то причине не был принят или же он сделал ошибку, когда набирал пароль. Закурив третью сигарету, Коннор терпеливо дождался, пока Норрис сделал еще одну попытку войти в сеть, и на этот раз связь была установлена.

Норрис оставался в сети минут двадцать. Он провел ряд стандартных проверок и снова вышел – Коннор надеялся, что на этот раз он был полностью доволен. Для надежности он сам вышел из сети, отключил модем, позвонил в операторскую «Бендикс Шер» и сказал, что хочет поговорить с Норрисом. Через некоторое время ему сообщили, что сегодня днем Норриса не будет.

Коннор снова подключил модем и вошел в сеть. На этот раз он использовал имя и пароль менеджера системы. Со своим новым статусом суперпользователя он добрался до архивов файлов сети, где хранилось программное обеспечение всех «макинтошей» в здании, и ввел «заплатку» в виде вирусной версии Mac TCP – звено в цепи программного обеспечения, которое руководило обменом данных между любым индивидуальным компьютером и системой. Эта версия имела дополнительные линии, которые просматривали все данные, идущие через систему, извлекали любую информацию, затребованную Коннором, и автоматически «складировали» ее в ящик электронной почты в «Интернет-павильоне». Не тратя времени, он послал запрос в компьютерную систему «Бендикс Шер».

На экране появилась команда: «ДЛЯ ПОИСКА ВВЕДИТЕ КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА».

Коннор напечатал: «МАТЕРНОКС».

«ВВЕДИТЕ СЛЕДУЮЩЕЕ КЛЮЧЕВОЕ СЛОВО».

Коннор дал указание приступить к реализации задания. Затем он вошел в программу почтового ящика Норриса и отослал с него послание майору Ганну, информируя, что к системе добавлена усовершенствованная версия Mac TCP, именуемая «TETRUS Т. G.», очищенная от всех дефектов, и ею необходимо снабдить все рабочие станции компании вместо существующей версии. К посланию автоматически прилагалась подлинная подпись менеджера системы.

Когда Коннор отключился, его нервы были на пределе, но он испытывал полное удовлетворение проделанной работой. Если все пойдет хорошо, то в течение следующих двадцати четырех часов майор Билл Ганн, сам того не желая, станет самым ценным его помощником.

46

Лондон. Пятница, 18 ноября 1994 года

Эта сука хочет выдоить у него каждое пенни. Дети у нее уже есть. Теперь ей нужны его деньги. Билл Ганн сидел за письменным столом, попивая кофе, и второй раз за сегодняшний день перечитывал письмо на трех листах от солиситора.

«До нашего внимания дошло сообщение, что Вы владеете акциями фармацевтической компании „Бендикс Шер“, каковую информацию Вы не сообщили ни нам, ни Агентству по защите детей. Мы будем благодарны Вам, если Вы будете настолько любезны, что в течение семи дней сообщите нам, каким количеством акций в вышеупомянутой компании Вы на самом деле владеете».

Он снова перечел этот абзац. Откуда они получили эту информацию? Должно быть, сука сообщила им. Но разве он откровенничал с сукой? Должно быть, прикинул он, несколько лет назад в то время, когда любил ее или думал, что любит. Или кто-то докопался?

Он был серьезно обеспокоен. Владение акциями «Бендикс Шер» было строго охраняемой тайной. Никаких бумаг и вообще никакой документации – все строилось на доверии. И на самом деле вы никогда не владели акциями. Когда Ганн стал сотрудником компании, ему было сказано, что на его имя сделан взнос в виде двухсот тысяч акций. Ежегодные дивиденды должны были выплачиваться ему 1 мая каждого года на номерной счет в швейцарском банке. Так оно и было. За последние десять лет сумма на его депозитном счете в цюрихском банке превысила три миллиона фунтов. Тем не менее воспользоваться этой суммой мешали два препятствия: вы не могли коснуться денег, пока не вышли на пенсию, и вы теряли на них право, если расставались с фирмой – добровольно или вас увольняли. Ему стоило бы поговорить с кем-нибудь в юридическом департаменте компании – пусть они с этим разбираются, решил он. Сложив письмо, он обратился ко второй проблеме дня. К Коннору Моллою.

Почему мистер Моллой вчера ездил в Брайтон?

Он уставился в распечатку вчерашних перемещений американского патентоведа, которая была предоставлена в его распоряжение менеджером, отслеживавшим все передвижения сотрудников. Распечатка была дополнена проверками, как Моллой использовал свою карточку-пропуск для входа в здание и перемещений по нему, плюс спутниковые данные отслеживания маршрутов его автомобиля, которые автоматически вводились в компьютерную систему.

Ганну потребовалось не больше нескольких секунд изучения распечатки, чтобы понять – эта поездка американца представляет собой существенное отклонение от его обычных маршрутов. Такой вывод требовал уточнения: в среду Моллой перебрался в новую квартиру, с чем, можно предположить, и было связано изменение привычного порядка вещей.