Читаем Алхимик полностью

После того, как Резерфорд осуществил классическую, реакцию превращения азота в кислород, ученые открыли множество разнообразных типов ядерных реакций. Сейчас можно осуществить и мечту средневековых алхимиков — превратить ртуть в золото. В периодической системе элементов ртуть стоит на 80-м месте, а золото на 79-м. Это означает, что в каждом ядре ртути на один протон больше, чем в ядре золота. Если этот протон удалить, ядро ртути превратится в ядро золота, а электронная оболочка ртути тотчас потеряет один электрон и превратится в оболочку атома золота.

Однако практическая ценность подобной реакции невелика. Золото, полученное таким путем из ртути, оказывается значительно дороже природного золота, и получается оно в ничтожных количествах. Как говорит русская пословица, овчинка не стоит выделки.

Причина тут проста. Для того, чтобы разрушить ядро атома, нужно затратить очень большую энергию. «Ядерные пушки» циклотроны, космотроны, синхрофазотроны и другие устройства, в которых получают «снаряды» для разрушения ядер, представляют из себя сложные сооружения. Например, один только магнит циклотрона весит сотни и даже тысячи тонн.

Стрельба по атомным ядрам быстролетящими частицами стрельба наугад, крайне неточная и невыгодная. Протоны и нейтроны в ядре удерживаются могучими ядерными силами, и поэтому для того, чтобы вырвать их из ядра, надо затратить чрезвычайно большую энергию. Любая из ядерных реакций оказывается экономически невыгодной, и, следовательно, ее нельзя применить для практических целей взаимного превращения элементов.

Академик замолчал, медленно выпил стакан воды, оглядел зал. Побледневшие от волнения лица, горящие глаза. Борисов неожиданно улыбнулся и, повысив голос, сказал:

— Однако советские ученые блестяще справились с трудностями, лежащими на пути к осуществлению управляемых цепных ядерных реакций. В результате многолетних усилий нами найден общий способ превращения одних элементов в другие. Способ этот прост, недорог и его вполне можно осуществлять в промышленных условиях. Мы теперь умеем получать любой элемент из любого практически в неограниченных количествах!

Тишина рухнула. Грохот рукоплесканий, крики, шум — все это слилось в один неистовый шквал звуков. Академик поднял руку, призывая к порядку.

— Золото тоже можно получать неограниченно? — прозвенел чей-то голос, едва зал притих.

— Да, и золото, — просто ответил Борисов. — Сейчас в Советском Союзе осваивается способ получения золота из ртути и свинца. Золото теперь больше не драгоценный металл!

Зал снова возбужденно зашумел. Слушатели вскакивали с мест, размахивали руками, оживленно переговаривались. Одни журналисты деловито строчили в блокнотах.

— В этом нет ничего удивительного, — продолжал академик. — Сравнительно недавно алюминий считался драгоценным металлом, а теперь из него штампуют посуду, потому что найден дешевый способ его производства. И золото перестанет теперь быть символом наживы: из него будут делаться детали машин, художественные изделия, лабораторная техника. Это хороший и полезный металл, и давно пора употребить его в настоящее дело!

Но золото является для нас лишь частным случаем. С помощью ступенчатых реакций теперь можно превращать в ценные металлы углерод, кислород, кремний, алюминий и другие распространенные в природе элементы. Изученный нами способ открывает невиданный простор для развития науки и техники. Мы уверены, что это открытие будет поставлено на службу прогрессу и миру во всем мире!

И в зале опять загремели восторженные аплодисменты.

Вечером гостиницу, в которой находилась советская делегация, осаждала целая армия репортеров. В то время как ротационные машины выбрасывали экстренные выпуски газет с громадными «шапками» во все полосы, журналисты спешили добыть новые материалы. Кому не хотелось первым получить интервью у Борисова?! Хотя академик категорически заявил, что сегодня беседовать с представителями печати он не сможет и что ответы на все вопросы будут даны во время пресс-конференции, неугомонные репортеры упорно ждали. А вдруг удастся опередить конкурентов?

Переводчик советской делегации уже устал повторять, что мистер Борисов никого принять не может, когда к нему с трудом протиснулся узкоплечий человек в наглухо закрытом плаще. Глаза его были скрыты темными светофильтрами.

— Разрешите сказать вам наедине несколько слов, — попросил он. Переводчик почему-то сразу почувствовал, что это не журналист. Он молча кивнул, и человек в плаще прошел за ним на лестничную площадку.

— Передайте академику Борисову, что я хотел бы поговорить с ним по поручению Джозефа Стоуна. Покойного Джозефа Стоуна, — подчеркнул он. — Академику знакомо это имя. Надеюсь, он примет меня.

Да, Борисов знал это имя.

— Пусть войдет, — кивнул он переводчику. — Думаю, что это не репортерская уловка…

— Благодарю вас, мистер Борисов, — глухо сказал человек в плаще, осторожно закрывая за собой дверь. — Я выполняю свой долг по отношению к погибшему другу. Позвольте передать вам эту рукопись.