Читаем Алхимия иллюзий полностью

Дверь за Викой захлопнулась, а в лицо ударила волна теплого воздуха. Едва она сделала шаг, к ней тотчас с легким рычанием бросились две огромные лохматые, выглядевшие крайне пугающе, непонятной породы, собаки-альбиносы с красными глазами.

Демоны арктического круга ада.

Виктория Евгеньевна хлопнула в ладоши, и собачины, обнюхав Вику, отступили, а затем улеглись у камина.

Титов, брезгливо глядя на арктических чудищ, сказал:

— Не люблю я этих псин, а они не любят меня. Зато лучше всех этих телохранителей и бодигардов — не предадут, не продадут и не сдадут!

А затем, подойдя к Вике, заявил:

— Отличная цветовая гамма, Вичка, столь подходящая к здешней палитре.

И протянул ей бокал.

— Ну, за твой день рождения, Вичка!

И затянул намеренно фальшивым голосом: «Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам…»

Слушая этот кошмарный перформанс, Вика смотрела на скривившуюся от музыкальных способностей своего благоверного Викторию Евгеньевну. Когда Титов закончил, она подошла к ним и, держа в руке бокал, чокнулась с Викой:

— И я вас тоже поздравляю! Или мы все же на «ты»?

Вика уставилась на свой бокал, в котором плескалось нечто, похоже на…

Кровь?

В замке тьмы ее бы это совсем не удивило.

— Вичка, пей до дна, пей до дна, пей до дна! — заявил Титов, с хитрым прищуром взирая на нее. — Это «Романе-Конти» урожая победоносного тысяча девятьсот сорок пятого года, одна из шести сотен бутылок. Папочка моей Вички купил его как-то на аукционе за сто двадцать, что ли, тысяч баксов, хотел откупорить на свое шестидесятилетие, но не дожил. Мы с моей Вичкой в этом не шарим, а вот ее папик, царство ему небесное, все французское пойло собирал в своих многокилометровых погребах. Причем собирал, а сам не пил! Ну, зато мы теперь за него оттягиваемся. Ну, за твой день рождения, Вичка!

И Титов, и его супруга поднесли к губам свои бокалы и отпили. А затем словно по команде уставились на Вику.

Вика же медлила. А что, если там наркотики? Или даже яд? Или…

В самом деле кровь?

— Что, боишься, как бы мы тебя не отравили? — спросил со смешком Титов. — Правильно боишься, Вичка! Но, уверяю тебя, безо всех на то оснований. Нам тебя убивать не с руки. Во всяком случае, сейчас. Так что пей!

— Или ты нас не уважаешь? — нараспев спросила Виктория Евгеньевна, которой алый наряд, как отметила Вика, совершенно не шел.

— Не уважаю! — сказала Вика и опрокинула в себя содержимое бокала. Если они захотят, то могут в любой момент ее убить любым иным образом, а не при помощи яда — отдать на растерзание своим телохранителям, собачкам или просто сами ее в этой милой гостиной расчленить, а останки сжечь в камине.

Вино на вкус было божественное — лучшее из того, что Вика пила в своей жизни. И, кажется, неотравленное.

Кажется…

— У вашего папы был стиль, — сказала Вика, обращаясь к своей тезке. — Как жаль, что он так скоропостижно скончался!

Титов усмехнулся:

— Люди смертны. Точнее, неожиданно смертны, если цитировать, гм, бессмертного классика. Все мы под богом ходим.

Или под чертом…

Виктория Евгеньевна дернулась, потому что замечание Вики ей явно не понравилось.

— Итак, Вичка, как ты думаешь, для чего мы тебя сюда пригласили?

Вика все время думала над этим вопросом. Ответ был очевиден — или не обязательно? Она бросила осторожный взгляд на наследницу — особо счастливой Виктория Евгеньевна не выглядела.

Хотя, собственно, почему: она ведь достигла всего, чего хотела…

— Ты хочешь сказать, Витюша, почему ты пригласил меня сюда? — произнесла Вика, и на этот раз дернулся Титов.

— И с чего это ты начала звать меня Витюшей?

Так, как его в свое время звал ментор-маньяк Роберт Иванович.

— А что, Титов, ты хочешь вернуться к обращению «милок»? — спросила с легкой улыбкой Вика.

Краем глаза она заметила, как Виктория Евгеньевна хмурит брови и кусает губы — с чего бы это?

Ну конечно же, она ведь элементарно ревнует ее к своему ненаглядному! Вика едва сумела сдержать истеричный хохот.

Значит, она выбрала правильный подход…

— Так зачем ты пригласил меня сюда, Витюша? — повторила Вика и, взглянув на хозяйку, словно только что заметив ее, театрально вытаращила глаза. — И пригласил при этом в ваш особняк! Это ведь ваш, не так ли? Достался от покойного папы. Вряд ли бы у Витюши была возможность заработать на этот замок тьмы в то время, когда он сиживал в дурке…

— Это была не дурка! — закричал Титов, и Вика осталась довольна — она вывела врага из равновесия. — А муниципальное медицинское учреждение здравоохранения закрытого типа!

Вывела из равновесия своего личного демона.